После смерти Шишупалы, Шалвы и Паундраки глупый, демоноподобный царь Дантавакра решил убить Кришну, чтобы отомстить за гибель своего друга Шалвы. Он был так распален гневом, что явился на поле боя без колесницы, без доспехов и почти без оружия. Главным его оружием была клокочущая ярость. Он держал в руке только палицу, но был так могуч, что, когда шагал, сотрясал земную твердь. Увидев, что Дантавакра рвется в бой, Господь Кришна сошел со Своей колесницы, поскольку правила требовали, чтобы бой происходил на равных. Дантавакра пришел один и был вооружен только палицей, поэтому Господь Кришна, готовясь к сражению с ним, тоже взял в руки палицу. Как только Кришна появился перед ним, неустрашимый Дантавакра тут же остановился, как останавливается, ударившись о берег, неистовый океанский вал.

Царь Каруши Дантавакра стоял перед Кришной, упираясь ногами в землю и потрясая палицей. Он сказал: "О Кришна, какая радость! Какая удача встретиться с Тобой лицом к лицу. Ты мой двоюродный брат, и мне не пристало сражаться с Тобой, но, к несчастью, Ты совершил роковую ошибку, убив моего друга Шалву. Я знаю, что Ты не остановишься на этом и попытаешься также убить меня. Я разгадал Твои намерения и теперь мне придется размозжить Тебя своей палицей. Хоть Ты и мой родственник, Ты - первейший глупец. Ты наш злейший враг, и сегодня я должен убить Тебя, подобно тому как человек вскрывает нарыв на собственном теле. Я очень многим обязан своим друзьям и считаю себя в большом долгу перед моим дорогим другом Шалвой. Я выплачу ему этот долг, только когда расправлюсь с Тобой".

Подобно тому как погонщик понукает слона, нанося ему уколы трезубцем, Дантавакра старался уколоть Кришну злыми словами и сломить Его. Осыпав Кришну бранью, он с рычанием, похожим на рык льва, ударил Его палицей по голове, но Кришна не почувствовал боли и даже не сдвинулся с места. Ловко действуя Своей палицей Каумодаки, Кришна с такой силой ударил демона в грудь, что у него разорвалось сердце. Из горла хлынула кровь, и он рухнул на землю. Волосы его разметались, он лежал, бездыханный, раскинув руки и ноги. Всего несколько мгоновений - и от Дантавакры осталось только мертвое тело на земле. Так же как и после гибели Шишупалы, после смерти Дантавакры от его тела на глазах у всех отделилась крошечная духовная искра, которая затем вошла в тело Господа Кришны. Все это было подобно чуду.

Брат Дантавакры по имени Видуратха, был потрясен его гибелью. Задыхаясь от горя и гнева, он явился перед Господом Кришной с мечом и щитом в руках, чтобы отомстить за смерть брата. Видуратха решил тут же расправиться с Кришной. Когда Господь Кришна понял, что Видуратха хочет ударить Его мечом, Он взял Свою чакру Сударшану, Свой острый как бритва диск, и снес ему голову вместе со шлемом и серьгами.

И вот, убив Шалву и уничтожив его волшебный корабль, а потом сразив Дантавакру и Видуратху, Господь Кришна вернулся в Свой город, Двараку. Никто, кроме Кришны, не сумел бы убить этих великих героев, поэтому все полубоги на небесах и люди на земле восхваляли Господа. Великие мудрецы и подвижники, Сиддхи, Гандхарвы, Видьядхары, Васуки и Маханаги, прекрасные апсары, обитатели Питрилоки, Якши, Киннары и Чараны осыпали Кришну цветами и, ликуя, славили в песнях Его победу. Празднично украсив свой город, жители Двараки устроили большое торжество, и когда Кришна проезжал по улицам, все члены династии Вришни и герои династии Яду почтительно следовали за Ним. Таковы некоторые из божественных игр Господа Кришны, повелителя всех мистических сил и владыки мироздания. Глупцы, уподобившиеся животным, думают, что Кришна иногда терпит поражение, но в действительности Он - Верховная Личность Бога, и никто не может Его победить. Он всегда и над всеми одерживает верх. Только Он - Бог, а все остальные - послушные исполнители Его воли.

Вскоре после этого Господь Баларама услышал о том, что готовится битва между двумя враждующими ветвями династии Куру, одну из которых возглавлял Дурьодхана, а другую Пандавы. Баларама был против этой войны и, чтобы предотвратить ее, выступил в роли посредника. Не сумев добиться мира и не желая присоединяться ни к одной из враждующих сторон, Он покинул Двараку, сказав, что собирается в паломничество по святым местам. Сначала Он отправился в Прабхаса-кшетру. Там Он совершил омовение, почтил местных брахманов и, следуя преписаниям Вед, вознес поклонение полубогам, Питам, великим мудрецам и людям. Так, согласно Ведам, следует посещать святые места. После этого Господь Баларама вместе с несколькими почтенными брахманами решил посетить места паломничества на берегу реки Сарасвати. Постепенно Он побывал в Притхудаке, Биндусаре, Тритакупе, Сударшана-тиртхе, Вишала-тиртхе, Брахма-тиртхе и Чакра-тиртхе. Он также посетил все святые места на берегу Сарасвати в восточном направлении. Затем Он побывал во всех самых важных святых местах на берегу Ямуны и Ганги. Постепенно Баларама добрался до места паломничества Наимишаранья.

Святое место Наимишаранья сохранилось в Индии до сих пор. В древности там часто собирались великие мудрецы и святые, чтобы обсудить вопросы духовной жизни и самопознания. Когда Господь Баларама прибыл в Наимишаранью, там совершалось великое жертвоприношение, на которое собралось множество трансценденталистов. Это жертвоприношение должно было длиться тысячи лет. Когда появился Господь Баларама, все присутствующие - великие мудрецы, подвижники, брахманы и ученые философы - тотчас поднялись со своих мест и почтительно приветствовали Его. Некоторые в знак уважения встали и низко склонились перед Баларамой, а старейшие из мудрецов и брахманов, поднявшись, благословили Его. Балараму усадили на почетное место и все присутствующие вознесли Ему поклонение. Они приветствовали Балараму стоя, ибо знали, что Он - Верховная Личность Бога. Знанием и ученостью обладает тот, кто постиг Верховного Господа. Хотя Баларама появился на свет в семье кшатрия, все брахманы и ученые мудрецы, увидев Его, поднялись, ибо знали, кто Он такой.

После того как Баларама принял почести и сел на отведенное Ему место, Он увидел, что Ромахаршана, ученик Вьясадевы, являющегося воплощением Господа и записавшего Веды, продолжает сидеть на вьясасане. Он не встал с места и не поклонился Господу. Поскольку Ромахаршана сидел на вьясасане, он по глупости своей счел себя выше Господа и поэтому не выразил Ему уважения. Господь Баларама вспомнил историю Ромахаршаны, который родился в семье сута, или в смешанной семье. Его мать принадлежала к касте брахманов, а отец был кшатрием. Поэтому, хотя Ромахаршана считал Балараму кшатрием, он не должен был оставаться на возвышении. Помня о своем происхождении, он не должен был даже садиться на возвышение, поскольку среди присутствующих было много ученых брахманов и мудрецов. Господь Баларама заметил, что Ромахаршана не только не спустился с возвышения, но даже не встал и не поклонился, когда Он, Баларамаджи, вошел в собрание. Дерзость Ромахаршаны возмутила и разгневала Господа Балараму. Не вставая с места, Он громко сказал: "Этот Ромахаршана осмелился занять более высокое место, чем все присутствующие здесь почтенные брахманы, хотя он пратилома и родился в ущербной семье".

Тот, кто сидит на вьясасане, не должен вставать в знак приветствия, когда кто-нибудь входит в собрание, но этот случай был особым, ибо Господь Баладева - не обычный человек. Поэтому, хотя все брахманы согласились, что Ромахаршана-сута достоин сидеть на вьясасане, он должен был последовать примеру других мудрецов и брахманов. Он должен был знать, что Господь Баларама - Верховная Личность Бога и Ему надлежит оказывать почтение даже в тех случаях, когда его не оказывают обычным людям. Кришна и Баларама приходят на землю прежде всего для того, чтобы возродить устои религии. Согласно "Бхагавад-гите", высший религиозный долг состоит в том, чтобы предаться Верховной Личности Бога. В "Шримад-Бхагаватам" также сказано, что совершенство религии - это преданное служение Господу.

Господь Баларама видел, что хотя Ромахаршана Сута изучил все Веды, он так и не понял, какова высшая религиозная заповедь. Баларама, конечно, не мог одобрить такого поведения. Ромахаршана Сута получил возможность стать совершенным брахманом, но его непочтительное отношение к Верховной Личности Бога тут же напомнило о его низком происхождении. Ромахаршана Сута был принят в число брахманов, но он не был рожден брахманом. Он родился в семье пратилома. Согласно Ведам, есть два типа смешанных семей: анулома и пратилома. Когда мужчина берет в жены девушку из более низкой касты, родившийся у них ребенок называется ануломой, а когда мужчина вступает в брак с девушкой из более высокой касты, их ребенка называют пратиломой. Ромахаршана Сута принадлежал к семье пратилома, так как его отец был кшатрием, а мать - из семьи брахманов. Увидев, что Ромахаршана не достиг вершины духовного самопознания, Господь Баларама вспомнил, что по происхождению он пратилома. Суть в том, что стать брахманом может каждый, но если брахман злоупотребляет своим положением и не достигает истинного самоосознания, то он не достоин называться брахманом.

Когда Господь Баларама понял, что Ромахаршана Сута не овладел наукой самопознания, Он решил наказать его за гордыню. Господь Баларама сказал: "Этот человек заслуживает смерти, ибо, несмотря на то, что он удостоился стать учеником Господа Вьясадевы и под Его высоким руководством изучил все ведические писания, он не проявил смирения в присутствии Верховной Личности Бога". "Бхагавад-гита" учит, что человек, который стал истинным брахманом и овладел знанием Вед, должен также стать кротким и смиренным. Хотя Ромахаршана Сута был очень учен и получил возможность стать брахманом, в нем не было ни кротости, ни смирения. Из этого явствует, что тот, кто слишком гордится своими материальными достояниями, не может вести себя так, как подобает благонравному брахману. Ученость украшает такого человека не больше, чем драгоценный камень украшает голову змеи. Змея, которая носит на голове драгоценный камень, остается змеей, и она так же опасна, как обычные змеи. Если, изучив Веды и Пураны, человек не стал кротким и смиренным, его обширные познания - всего лишь костюм, подобный тому, в котором танцор выходит на сцену. Господь Баларама думал: "Я пришел в этот мир, чтобы наказать лицемеров, которые выдают себя за ученых и добродетельных людей, но чье сердце полно скверны. Я сделаю доброе дело, если уничтожу таких лицемеров, ибо тем предотвращу их будущие преступные деяния".

Господь Баларама избежал участия в битве на Курукшетре, но поскольку Он - воплощение Кришны, Его первоочередным долгом было возродить устои религии. Поэтому Он убил Ромахаршану Суту, ударив его стеблем травы куша. Кто-то с недоумением спросит: "Как Господь Баларама мог убить Ромахаршану Суту обычной травинкой?" В этой связи в "Шримад-Бхагаватам" употреблено слово прабху ("владыка"). Господь всегда запределен и всемогущ - Он может поступать как пожелает, не считаясь с законами, действующими в материальном мире. Поэтому Он смог убить Ромахаршану Суту, всего лишь ударив его стеблем травы куша.

Смерть Ромахаршаны Суты огорчила всех присутствующих, и они огласили воздух горестными стенаниями. Хотя все брахманы и мудрецы, собравшиеся в Наимишараньи, знали, что Господь Баларама - Верховная Личность Бога, они не побоялись выразить свое недовольство Его поступком. "О Господь, - смиренно заговорили они, - мы считаем, что, убив Ромахаршану Суту, Ты нарушил религозные заповеди. О Господь Ядунандана, узнай же, что это мы, брахманы, позволили Ромахаршане Суте сидеть на вьясасане во время великого жертвоприношения. Он сидел на вьясасане, поскольку был избран нами, а сидящему на возвышении не подобает вставать, чтобы приветствовать вновь пришедшего. Кроме того, мы наградили Ромахаршану Суту долгой безмятежной жизнью. Не зная об этом, Ты убил его, и мы считаем Твой поступок равнозначным убийству брахмана. О Всевышний, спаситель падших душ, мы уверены, что Тебе известны все ведические предписания. Ты - повелитель всех мистических сил, и Ты неподвластен установлениям Вед. Но мы почтительно просим Тебя явить нам Свою неизъяснимую милость и искупить вину за убийство Ромахаршаны Суты. Мы не станем предлагать Тебе какого-либо способа искупления. Ты Сам решишь, как поступить, чтобы дать другим пример, достойный подражания. Обычные люди всегда подражают деяниям великих мира сего.

В ответ Господь сказал: "Да, Я должен загладить Свою вину: что позволено Мне - недопустимо для других. Я считаю Своим долгом совершить обряд искупления, как предписано в шастрах. Я могу также вернуть Ромахаршане Суте жизнь, долголетие, достаточно сил и полную дееспособность чувств. Но и это еще не все. Если вы того желаете, Я буду рад одарить его всем, о чем бы вы ни попросили. Я готов дать ему все блага, только чтобы угодить вам".

Слова Господа Баларамы безусловно подтверждают, что Верховный Господь совершенно свободен в Своих поступках. Хотя убийство Ромахаршаны Суты могло считатся грехом, Господь был способен противопоставить ему действие, приносящее благо всем. Поэтому обычным людям нельзя подражать деяниям Верховного Господа - можно лишь следовать Его указаниям. Все великие мудрецы поняли, что хотя они сочли поступок Господа нарушением религиозных заповедей, Господь мог тут же искупить его благими делами. Господь убил Ромахаршану Суту, чтобы исполнить миссию, с которой пришел на землю. Не желая препятствовать этому, мудрецы обратились к Господу с такими словами: "О Господь, Ты совершил чудо, убив Ромахаршану Суту стеблем травы куша. Да будет так. Ты пожелал убить его, и поэтому ему не следует возвращать жизнь. Но как Ты помнишь, о Господь, мы, мудрецы и брахманы, добровольно наделили его долголетием, и наше благословение должно остаться в силе". Как видно, просьба ученых брахманов была противоречивой: они желали, чтобы их благословение сохранилось и Ромахаршана Сута жил до конца великого жертвоприношения, но вместе с тем они не хотели отменять того, что Господь Баларама убил его.

Верховный Господь разрешил это противоречие так, как подобает Его высокому положению. Он сказал: "В Ведах говорится, что поскольку жизнь сыну дает отец, сын является представителем отца в этом мире. Поэтому Я повелеваю: пусть Уграшрава Сута, сын Ромахаршаны Суты, отныне занимает место отца и продолжает обсуждение Пуран, и поскольку вы наградили Ромахаршану долголетием, пусть этот благословенный дар перейдет к его сыну. Так Уграшрава получит все ваши дары - долгую, безмятежную жизнь, не знающее болезней тело и полную дееспособность чувств".

Затем Господь Баларама сказал мудрецам и брахманам, что готов немедленно даровать им любые другие благословения помимо тех, которые Он дал сыну Ромахаршаны. Господь вновь повел Себя как обычный кшатрий: Он сказал мудрецам, что не знает, как искупить убийство Ромахаршаны, но с радостью исполнит все, что они предложат Ему.

Брахманы поняли, чего желает Господь, и поэтому предложили Ему искупить вину, оказав им благодеяние. "О Господь, - обратились они к Балараме, - есть один могучий демон по имени Балвала, сын Илвалы. Каждые две недели в полнолуние и в новолуние он появляется в этом священном месте и мешает нам совершать жертвоприношение. О потомок Дашархи, просим Тебя, милостиво убей этого демона. Так Ты сможешь искупить Свою вину перед нами. Этот демон приходит сюда и обливает нас гноем, кровью, испражнениями и вином, оскверняя святое место. Убив Балвалу, Ты в течение года будешь продолжать паломничество по святым местам и полностью очистишься от скверны. Таково наше предложение".

На этом в изложении Бхактиведанты заканчивается семьдесят восьмая глава книги "Кришна - источник вечной радости" под названием "Гибель Дантавакры, Видуратхи и Ромахаршаны".

After the demise of Śiśupāla, Śālva and Pauṇḍra, another foolish demoniac king of the name Dantavakra wanted to kill Kṛṣṇa in order to avenge the death of his friend Śālva. He became so agitated that he personally appeared on the battlefield without the proper arms and ammunition and without even a chariot. His only weapon was his great anger, which was red-hot. He carried only a club in his hand, but he was so powerful that when he moved, everyone felt the earth tremble. When Lord Kṛṣṇa saw him approaching in a very heroic mood, He immediately got down from His chariot, for it was a rule of military etiquette that fighting should take place only between equals. Knowing that Dantavakra was alone and armed with only a club, Lord Kṛṣṇa responded similarly and prepared Himself by taking His club in His hand. When Kṛṣṇa appeared before him, Dantavakra's heroic march was immediately stopped just as the great, furious waves of the ocean are stopped by the beach.

At that time, Dantavakra, who was the King of Karūṣa, stood up firmly with his club and spoke to Lord Kṛṣṇa as follows: "It is a great pleasure and fortunate opportunity, Kṛṣṇa, that we are facing each other eye to eye. My dear Kṛṣṇa, after all, You are my eternal cousin, and I should not kill You in this way, but unfortunately You have committed a great mistake by killing my friend Śālva. Moreover, You are not satisfied by killing my friend, but I know that You want to kill me also. Because of Your determination, I must kill You by tearing You to pieces with my club. Kṛṣṇa, although You are my relative, You are foolish. You are our greatest enemy, so I must kill You today just as a person removes a boil on his body by a surgical operation. I am always very much obliged to my friends, and I therefore consider myself indebted to my dear friend Śālva. I can only liquidate my indebtedness to him by killing You."

As the caretaker of an elephant tries to control the animal by striking it with his trident, so Dantavakra tried to control Kṛṣṇa simply by speaking strong words. After finishing his vituperation, he struck Kṛṣṇa on the head with his club and made a roaring sound like a lion. Although struck strongly by the club of Dantavakra, Kṛṣṇa did not move even an inch, nor did He feel any pain. Taking His Kaumodakī club and moving very skillfully, Kṛṣṇa struck the chest of Dantavakra so fiercely that the heart of Dantavakra split in twain. As a result, Dantavakra began to vomit blood, his hairs became scattered, and he fell to the ground, spreading his hands and legs. Within only a few minutes all that remained of Dantavakra was a dead body on the ground. After the death of Dantavakra, just as at the time of Śiśupāla's death, in the presence of all persons standing there, a small particle of spiritual effulgence came out of the demon's body and very wonderfully merged into the body of Lord Kṛṣṇa.

Dantavakra had a brother named Vidūratha who became overwhelmed with grief at the death of Dantavakra. Out of grief and anger, Vidūratha was breathing very heavily, and just to avenge the death of his brother he also appeared before Lord Kṛṣṇa with a sword and a shield in his hands. He wanted to kill Kṛṣṇa immediately. When Lord Kṛṣṇa understood that Vidūratha was looking for the opportunity to strike I im with his sword, He employed His Sudarśana cakra, His disc, which was as sharp as a razor, and without delay he cut off the head of Vidūratha, with its helmet and earrings.

In this way, after killing Śālva and destroying his wonderful airplane and then killing Dantavakra and Vidūratha, Lord Kṛṣṇa at last entered His city, Dvārakā. It would not have been possible for anyone but Kṛṣṇa to kill these great heroes, and therefore all the demigods from heaven and the human beings on the surface of the globe were glorifying Him. Great sages and ascetics, the denizens of the Siddha and Gandharva planets, the denizens known as Vidyādharas, Vāsuki and the Mahānāgas, the beautiful angels, the inhabitants of Pitṛloka, the Yakṣas, the Kinnaras and the Cāraṇas all began to shower flowers upon Him and sing the songs of His victory in great jubilation. Decorating the entire city very festively, the citizens of Dvārakā held a great celebration, and when Lord Kṛṣṇa passed through the city all the members of the Vṛṣṇi dynasty and the heroes of the Yadu dynasty followed Him with great respect. These are some of the transcendental pastimes of Lord Kṛṣṇa, who is the master of all mystic power and the Lord of all cosmic manifestations. Those who are fools, who are like animals, sometimes think that Kṛṣṇa is defeated, but factually He is the Supreme Personality of Godhead, and no one can defeat Him. He always remains victorious over everyone. He is the only one God, and all others are His subservient order carriers.

Once upon a time, Lord Balarāma heard that there was an arrangement being made for a fight between the two rival parties in the Kuru dynasty, one headed by Duryodhana and the other by the Pāṇḍavas. He did not like the idea that He was to be only a mediator to stop the fighting. Finding it unbearable not to take an active part on behalf of either of the parties, He left Dvārakā on the plea of visiting various holy places of pilgrimage. He first of all visited the place of pilgrimage known as Prabhāsakṣetra. He took His bath there, and He pacified the local brāhmaṇas and offered oblations to the demigods, pitās, great sages and people in general, in accordance with Vedic ritualistic ceremonies. That is the Vedic method of visiting holy places. After this, accompanied by some respectable brāhmaṇas, He decided to visit different places on the bank of the river Sarasvatī. He gradually visited such places as Pṛthūdaka, Bindusara, Tritakūpa, Sudarśanatīrtha, Viśālatīrtha, Brahmatīrtha and Cakratīrtha. Besides these, He also visited all the holy places on the bank of Sarasvatī River running toward the east. After this He visited all the principal holy places on the bank of the Yamunā and on the bank of the Ganges. Thus He gradually came to the holy place known as Naimiṣāraṇya.

This holy place, Naimiṣāraṇya, is still existing in India, and in ancient times it was especially used for the meetings of great sages and saintly persons with the aim of understanding spiritual life and self-realization. When Lord Balarāma visited that place there was a great sacrifice being performed by a great assembly of transcendentalists. Such meetings were planned to last thousands of years. When Lord Balarāma arrived, all the participants of the meeting--great sages, ascetics, brāhmaṇas and learned scholars--immediately arose from their seats and welcomed Him with great honor and respect. Some offered Him respectful obeisances, and those who were elderly great sages and brāhmaṇas offered Him blessings by standing up. After this formality, Lord Balarāma was offered a suitable seat, and everyone present worshiped Him. Everyone in the assembly stood up in the presence of Balarāma because they knew Him to be the Supreme Personality of Godhead. Education or learning means to understand the Supreme Personality of Godhead; therefore, although Lord Balarāma appeared on the earth as a kṣatriya, all the brāhmaṇas and sages stood up because they knew who Lord Balarāma was.

Unfortunately, after being worshiped and seated at His place, Lord Balarāma saw Romaharṣaṇa, the disciple of Vyāsadeva (the literary incarnation of Godhead), still sitting on the Vyāsāsana. He had neither gotten up from his seat nor offered Him respects. Because he was seated on the Vyāsāsana, he foolishly thought himself greater than the Lord; therefore he did not get down from his seat or bow down before the Lord. Lord Balarāma then considered the history of Romaharṣaṇa: he was born in a sūta family or a mixed family, born of a brāhmaṇa woman and kṣatriya man. Therefore although Romaharṣaṇa considered Balarāma a kṣatriya, he should not have remained sitting on a higher seat. Lord Balarāma considered that Romaharṣaṇa, according to his position by birth, should not have accepted the higher sitting position, because there were many learned brāhmaṇas and sages present. He also observed that Romaharṣaṇa not only did not come down from his exalted seat, but he did not even stand up and offer his respects when Balarāmajī entered the assembly. Lord Balarāma did not like the audacity of Romaharṣaṇa, and He became very angry with him.

When a person is seated on the Vyāsāsana, he does not generally have to stand up to receive a particular person entering the assembly, but in this case the situation was different because Lord Baladeva is not an ordinary human being. Therefore, although Romaharṣaṇa Sūta was voted to the Vyāsāsana by all the brāhmaṇas, he should have followed the behavior of other learned sages and brāhmaṇas who were present and should have known that Lord Balarāma is the Supreme Personality of Godhead. Respects are always due Him, even though such respects can be avoided in the case of an ordinary man. The appearances of Kṛṣṇa and Balarāma are especially meant for reestablishment of the religious principles. As stated in the Bhagavad-gītā, the highest religious principle is to surrender unto the Supreme Personality of Godhead. It is also confirmed in the Śrīmad-Bhāgavatam that the topmost perfection of religiousness is to be engaged in the devotional service of the Lord.

When Lord Balarāma saw that Romaharṣaṇa Sūta did not understand the highest principle of religiousness in spite of having studied all the Vedas, He certainly could not support his position. Romaharṣaṇa Sūta had been given a chance to become a perfect brāhmaṇa, but because of his ill behavior in his relationship with the Supreme Personality of Godhead, his low birth was immediately remembered. Romaharṣaṇa Sūta had been given the position of a brāhmaṇa, but he had not been born in the family of a brāhmaṇa; he had been born in a pratiloma family. According to the Vedic concept, there are two kinds of mixed family heritage. They are called anuloma and pratiloma. When a male is united with a female of a lower caste, the offspring is called anuloma; but when a male unites with a woman of a higher caste, the offspring is called pratiloma. Romaharṣaṇa Sūta belonged to the pratiloma family because his father was a kṣatriya and his mother a brāhmaṇa. Because Romaharṣaṇa's transcendental realization was not perfect, Lord Balarāma remembered his pratiloma heritage. The idea is that any man can be given the chance to become a brāhmaṇa, but if he improperly uses the position of a brāhmaṇa without actual realization, then his elevation to the brahminical position is not valid.

After seeing the deficiency of realization in Romaharṣaṇa Sūta, Lord Balarāma decided to chastise him for being puffed up. Lord Balarāma therefore said, "This man is liable to be awarded the death punishment because, although he has the good qualification of being a disciple of Lord Vyāsadeva and although he has studied all the Vedic literature from this exalted personality, he was not submissive in the presence of the Supreme Personality of Godhead." As stated in the Bhagavad-gītā, a person who is actually a brāhmaṇa and is very learned must automatically become very gentle also. In the case of Romaharṣaṇa Sūta, although he was very learned and had been given the chance to become a brāhmaṇa, he had not become gentle. From this we can understand that when one is puffed up by material acquisition, he cannot acquire the gentle behavior befitting a brāhmaṇa. The learning of such a person is as good as a valuable jewel decorating the hood of a serpent. Despite the valuable jewel on the hood, a serpent is still a serpent and is as fearful as an ordinary serpent. If a person does not become meek and humble, all his studies of the Vedas and Purāṇas and his vast knowledge in the śāstras become simply outward dress, like the costume of a theatrical artist dancing on the stage. Lord Balarāma began to consider thus: "I have appeared in order to chastise false persons who are internally impure but externally pose themselves to be very learned and religious. My killing of such persons is proper to check them from further sinful activity."

Lord Balarāma had avoided taking part in the Battle of Kurukṣetra, and yet because of His position, the reestablishment of religious principles was His prime duty. Considering these points, He killed Romaharṣaṇa Sūta simply by striking him with a kuśa straw, which was nothing but a blade of grass. If someone questions how Lord Balarāma could kill Romaharṣaṇa Sūta simply by striking him with a blade of kuśa grass, the answer is given in Śrīmad-Bhāgavatam by the use of the word prabhu (master). The Lord's position is always transcendental, and because He is omnipotent He can act as He likes without being obliged to the material laws and principles. Thus it was possible for Him to kill Romaharṣaṇa Sūta simply by striking him with a blade of kuśa grass.

At the death of Romaharṣaṇa Sūta, everyone present became much aggrieved, and there was roaring and crying. Although all the brāhmaṇas and sages present there knew Lord Balarāma to be the Supreme Personality of Godhead, they did not hesitate to protest the Lord's action, and they humbly submitted, "Our dear Lord, we think that Your action is not in line with the religious principles. Dear Lord Yadunandana, we may inform You that we brāhmaṇas posted Romaharṣaṇa Sūta on that exalted position for the duration of this great sacrifice. He was seated on the Vyāsāsana by our election, and when one is seated on the Vyāsāsana, it is improper for him to stand up to receive a person. Moreover, we awarded Romaharṣaṇa Sūta an undisturbed duration of life. Under the circumstances, since Your Lordship has killed him without knowing all these facts, we think that Your action has been equal to that of killing a brāhmaṇa. Dear Lord, deliverer of all fallen souls, we know certainly that You are the knower of all Vedic principles. You are the master of all mystic powers; therefore ordinarly the Vedic injunctions cannot be applied to Your personality. But we request that You show Your causeless mercy upon others by kindly atoning for this killing of Romaharṣaṇa Sūta. We do not, however, suggest what kind of act You should perform to atone for killing him; we simply suggest that some method of atonement be adopted by You so that others may follow Your action. What is done by a great personality is followed by the ordinary man."

The Lord replied, "Yes, I must atone for this action, which may have been proper for Me, but is improper for others; therefore, I think it is My duty to execute a suitable act of atonement enjoined in the authorized scriptures. Simultaneously I can also give this Romaharṣaṇa Sūta life again, with a span of long duration, sufficient strength, and full power of the senses. Not only this, if you desire I shall be glad to award him anything else which you may ask. I shall be very glad to grant all these boons in order to fulfill your desires."

This statement of Lord Balarāma definitely confirms that the Supreme Personality of Godhead is free to act in any way. Although it may be considered that His killing of Romaharṣaṇa Sūta was improper, He could immediately counteract the action with greater profit to all. Therefore, one should not imitate the actions of the Supreme Personality of Godhead; one should simply follow the instructions of the Lord. All the great learned sages present realized that although they considered the action of Lord Balarāma to be improper, the Lord was able to immediately compensate with greater profits. Not wanting to detract from the mission of the Lord in killing Romaharṣaṇa Sūta, all of them prayed, "Our dear Lord, the uncommon use of Your kuśa weapon to kill Romaharṣaṇa Sūta may remain as it is; because of Your desire to kill him, he should not be brought to life again. At the same time Your Lordship may remember that we sages and brāhmaṇas voluntarily gave him long life; therefore, such a benediction should not be nullified." Thus the request of all the learned brāhmaṇas in the assembly was ambiguous because they wanted to keep intact the benediction given by them that Romaharṣaṇa Sūta would continue to live until the end of the great sacrifice, but at the same time they did not want to nullify Balarāma's killing him.

The Supreme Personality of Godhead therefore solved the problem in a manner befitting His exalted position, and said, "Because the son is produced from the body of the father, it is the injunction of the Vedas that the son is the father's representative. Therefore I say that Ugraśravā Sūta, the son of Romaharṣaṇa Sūta, should henceforth take his father's position and continue the discourses on the Purāṇas, and because you wanted Romaharṣaṇa to have a long duration of life, this benediction will be transferred to his son. The son, Ugraśravā, will therefore have all the facilities you offered--long duration of life in a good and healthy body, without any disturbances and full strength of all the senses."

Lord Balarāma then implored all the sages and brāhmaṇas that aside from the benediction offered to the son of Romaharṣaṇa, they should ask from Him any other benediction, and He would be prepared to fulfill it immediately. The Lord thus placed Himself in the position of an ordinary kṣatriya and informed the sages that He did not know in what way He could atone for His killing of Romaharṣaṇa, but whatever they would suggest He would be glad to accept.

The brāhmaṇas could understand the purpose of the Lord, and thus, they suggested that He atone for His action in a manner which would be beneficial for them. They said, "Our dear Lord, there is a demon of the name Balvala. He is the son of Ilvala, but he is a very powerful demon, and he visits this sacred place of sacrifice every fortnight on the full moon and moonless days and creates a great disturbance to the discharge of our duties in the sacrifice. O descendant of the Daśārha family, we all request You to kill this demon. We think that if You kindly kill him, that will be Your atonement on our behalf. The demon occasionally comes here and profusely throws upon us contaminated, impure things like puss, blood, stool, urine and wine, and he pollutes this sacred place by showering such filth upon us. After killing Balvala, You may continue touring all these sacred places of pilgrimage for twelve months, and in that way You will be completely freed from all contamination. That is our prescription."

Thus ends the Bhaktivedanta purport of the Second Volume, Twenty-third Chapter, of Kṛṣṇa, "The Killing of Dantavakra, Vidūratha and Romaharṣaṇa."