Услышав о том, как был убит Джарасандха, обрадованный царь Юдхиштхира сказал: "О Кришна, Твое тело вечно, исполнено блаженства и знания. Господь Брахма, Господь Шива, царь Индра и другие возвышенные правители материального мира всегда ждут Твоих повелений и горят желанием исполнить их. Когда им посчастливится получить Твой приказ, они принимают его с трепетом и благоговением. О Кришна, Ты безграничен. Хотя мы порой гордимся своими ничтожными постами и думаем о себе как о царственных особах, правителях мира, сердца наши тверды как камень. По сути, мы заслуживаем Твоей кары, но, о чудо - вместо того, чтобы нас покарать, Ты так милостиво и великодушно, с таким совершенством, выполняешь наши указания. Всех нас очень удивляет, что Ты, о Светлейший, играешь роль обычного человека, но мы понимаем, что Ты делаешь это подобно тому, как актер играет на театральной сцене. Ты всегда сохраняешь Свое истинное, высочайшее положение, подобно тому как солнце всегда сохряняет одинаковую степень теплоты, хотя мы ощущаем его тепло по-разному в часы заката и в часы восхода. Ты всегда пребываешь в трансцендентном равновесии, и происходящее в материальном мире не приносит Тебе ни радости, ни беспокойства. Ты - Верховный Брахман, Личность Бога, и для Тебя нет ничего относительного. О Мадхава, Ты - непобедим. Для Тебя не существует материальных разграничений: "я", "ты", "мое", "твое". Такие разграничения делает каждый, даже животное, но чистые преданные полностью свободны от подобного рода ложных представлений. Поскольку такое умонастроение отсутствует у Твоих преданных, его, конечно же, нет и у Тебя".

Царь Юдхиштхира сумел угодить Кришне своими речами. Некоторое время спустя он стал готовиться к жертвоприношению Раджасуя. Для его проведения он пригласил всех самых достойных брахманов и мудрецов, назначив их жрецами на жертвенной арене. Среди этих искусных брахманов и мудрецов были: Кришна-дваипаяна Вьясадева, Бхарадваджа, Суманту, Гаутама, Асита, Васиштха, Чьявана, Канва, Майтрея, Каваша, Трита, Вишвамитра, Вамадева, Сумати, Джаймини, Крату, Пайла, Парашара, Гарга, Вайшампаяна, Атхарва, Кашьяпа, Дхаумья, Парашурама, Шукрачарья, Асури, Витихотра, Мадхуччханда, Вирасена и Акритаврана. Помимо браманов и мудрецов, он пригласил и почтенных старейшин: Дроначарью, Бхишму (деда Кауравов), Крипачарью и Дхритараштру. Он пригласил также всех сыновей Дхритараштры во главе с Дурьодханой и великого преданного Видуру. Цари со всего мира вместе с их свитами также были приглашены посмотреть на великое жертвоприношение, которое устраивал Махараджа Юдхиштхира. Его подданые: ученые брахманы, доблестные кшатрии, преуспевающие вайшьи, и шудры, верные слуги остальных сословий - все посетили эту церемонию.

Брахманы и мудрецы, которые проводили жертвоприношение, согласно обычаю, вспахали жертвенную арену золотым плугом и, следуя предписаниям Вед, доверили царю Юдхиштхире быть исполнителем великого жертвоприношения Раджасуя. Давным-давно, когда Варуна совершал подобное жертвоприношение, все принадлежности для него были сделаны из золота. И на жертвоприношении, которое устраивал царь Юдхиштхира, все принадлежности все принадлежности были тоже золотыми.

Приглашенные царем Юдхиштхирой участвовать в великом жертвоприношении Раджасуя, там собрались все возвышенные полубоги: Господь Брахма, Господь Шива и царь небес Индра, их приближенные, а так же божества, правящие на высших планетах - Гандхарвалоке, Сидхалоке, Джаналоке, Тапалоке, Нагалоке, Якшалоке, Ракшасалоке, Пакшилоке и Чараналоке, и прославленные цари со своими женами. Все почтенные мудрецы, цари и полубоги, прибывшие на жертвоприношение, единодушно согласились, что царь Юдхиштхира достоин провести Раджасуя-ягью, и никто не возражал против этого. Все прекрасно знали, как возвышен царь Юдхиштхира: он был великим преданным Господа Кришны и ему все было под силу. Ученые брахманы и жрецы позаботились о том, чтобы жертвоприношение Махараджи Юдхиштхиры совершалось точно так же, как оно совершалось в прошлом полубогом Варуной. По ведической традиции, когда устраивается жертвоприношение, всем его участникам подносят сок растения Сомы - чудесный живительный напиток. В тот день, когда выжимали сок из Сомы, царь Юдхиштхира с большими почестями принял особого жреца, призванного следить за тем, чтобы при совершении жертвенных обрядов не было допущено никаких ошибок. Ведические мантры должны произноситься безукоризненно точно, с правильными ударениями. Если жрецы, которые произносят мантры, допустят какую-нибудь оплошность, то жрец-судья тут же исправит ее. Таким образом все ритуалы выполнялись в точности. Если жертвоприношение не будет совершено как подобает, оно не даст желаемого результата. В Кали-югу нет истинно ученых брахманов и жрецов, поэтому в нынешнюю эпоху проводить ведические жертвоприношения запрещено. Единственное жертвоприношение, которое рекомендовано в шастрах для Кали-юги - это повторение мантры Харе Кришна.

Согласно другому важному ритуалу, прежде всего почести оказывались самому возвышенному из собравшихся на церемонию жертвоприношения. Когда все было готово к жертвоприношению Махараджи Юдхиштхиры, стали решать, кому первому следует воздать почести. Этот ритуал называется Агра-пуджа. Агра означает "первый", а пуджа - "почитание". Агра-пуджу можно сравнить с выборами президента. Все присутствующие на жертвоприношении обладали множеством достоинств. Поэтому все предлагали разных кандидатов для Агра-пуджи.

Они долго не могли выбрать самого достойного, и тогда Сахадева предложил Господа Кришну. Он сказал: "Господь Кришна - лучший среди Ядавов, Он - покровитель всех, кто предан Ему. В этом собрании нет никого более возвышенного, чем Кришна. Поэтому, без сомнения, Ему первому должны быть оказаны почести. Хотя здесь присутствуют Господь Брахма, Господь Шива, царь небес Индра и многие другие, которые столь же возвышенны, никто никогда и нигде не сможет превзойти Кришну или сравняться с Ним в богатстве, силе, славе, мудрости, отрешенности или в чем-либо еще. Кришна в полной мере обладает всеми совершенствами. Подобно тому, как индивидуальная душа - основа материального тела, Кришна - это Сверхдуша и опора всего мироздания. Все ведические ритуалы: жертвоприношения, возлагание даров на огонь, исполнение ведических гимнов и занятия мистической йогой предназначены для того, чтобы познать Кришну. Следует ли человек путем кармической деятельности или путем философских рассуждений, конечная цель его поисков - Кришна. Все истинные методы самоосознания предназначены для того, чтобы познать Кришну. Почтенное собрание, вам не нужно много рассказывать о Кришне: вы все очень возвышенны и все знаете Верховного Брахмана, Господа Кришну. Для Него нет различий между телом и душой, энергией и источником энергии или между одной частью тела и другой, различий, которые существуют для всех живущих в материальном мире. Поскольку каждое живое существо - неотъемлемая частица Кришны, между живыми существами и Кришной нет качественного различия. Все проистекает из энергий Кришны, материальных или духовных. Энергии Кришны подобны теплу и свету огня; между теплом, светом и самим огнем нет качественной разницы.

Кроме того, Кришна может делать все, что пожелает, с помощью любой из частей Своего тела. Мы же совершаем определенные действия с помощью определенных частей тела. Поскольку Его божественное тело вечно, исполнено знания и блаженства, Он не подвержен шести материальным изменениям: рождению, существованию, росту, воспроизводству, увяданию и гибели. Не подвластный внешней энергии, Кришна - высшая причина сотворения, сохранения и разрушения всего сущего. Только по милости Кришны человек следует религиозным заповедям, обогащается, удовлетворяет потребности своих чувств и, в конечном итоге, освобождается от материльного рабства. Следовать этим четырем направлениям человеческой деятельности возможно только по милости Кришны. Поэтому на великом жертвоприношении Раджасуя Ему первому нужно воздать почести, и все должны согласиться с этим. Поливая корень дерева, мы одновременно поим водой его ветви, листья и цветы, а отправляя пищу в желудок, питаем все остальные части тела. Точно так же, если первым на этом жертвоприношении мы почтим Господа Кришну, то удовлетворим всех присутствующих в этом собрании, даже великих полубогов. Тот, кто стремится раздавать пожертвования, обретет благо, если будет жертвовать всем только ради Кришны, который в облике Сверхдуши пребывает в сердце каждого, независимо от типа его тела или индивидуальности. Поэтому, если мы сумеем угодить Кришне, нами будут довольны все живые существа".

Сахадеве посчастливилось познать величие Кришны, и, кратко рассказав о Его могуществе, он замолчал. Выслушав его, все присутствующие на этом великом жертвоприношении разразились рукоплесканиями. Одобряя его слова, они говорили: "Все, что ты сказал, совершенно верно!" Убедившись, что все, особенно брахманы и ученые мудрецы, согласны с Сахадевой, Юдхиштхира оказал почести Господу Кришне, в точности следуя предписаниям Вед. Прежде всего, царь Юдхиштхира омыл лотосоподобные стопы Господа и окропил этой водой свою голову и головы своих братьев, жен, детей, других родственников и советников. После этого он преподнес в дар Господу Кришне одежды из желтого шелка и множество драгоценных камней и украшений.

Вознося поклонение Кришне - единственному, кого он любил, царь Юдхиштхира испытывал такой экстаз, что слезы ручьем текли из его глаз, и мешали ему видеть Господа. Когда царь Юдхиштхира оказывал почтение Господу Кришне, все присутствующие, встав со своих мест и благоговейно сложив ладони, восклицали: "Джая! Джая! Намаха! Намаха!". Когда все они низко склонились перед Господом Кришной, с неба пролился дождь из цветов.

В этом собрании присутствовал и царь Шишупала. Он был заклятым врагом Кришны по многим причинам, и прежде всего потому, что Кришна похитил у него Рукмини и увез ее прямо с брачной церемонии. Шишупала не мог вынести того, что Кришне оказывали такие почести и воздавали хвалу. Вместо того, чтобы радоваться, слушая, как прославляют Господа, он пришел в ярость. Когда все встали и принесли Кришне дань почитания, Шишупала остался сидеть на своем месте. Но его злоба и гнев все усиливались. Он вдруг вскочил и, потрясая кулаками, стал яростно и дерзко поносить Господа Кришну, стараясь говорить так, чтобы Кришна ясно слышал его.

"Почтенное собрание, теперь я понимаю утверждение Вед о том, что в этом мире над всем властвует время. Несмотря на наши попытки противостоять ему, время беспрепятственно исполняет свой замысел. Так, человек может изо всех сил стараться выжить, но если ему пришло время умереть, он не сможет остановить смерть. Хотя в этом собрании присутствует много могущественных людей и богов, влияние времени настолько сильно, что всех их ввели в заблуждение глупые речи какого-то юнца о Кришне. Здесь собралось много ученых мудрецов и старейшин, и все они благосклонно отнеслись к речам этого глупого мальчишки. Это означает, что под влиянием времени даже у таких почтенных людей, как те, что находятся в этом собрании, может помутиться разум. Я нисколько не сомневаюсь, что присутствующие здесь уважаемые граждане способны выбрать того, кто достоин первым получить почести, но не могу согласиться с предложением этого юнца Сахадевы, который так выспренно говорил о Кришне и заявил, что Его следует первым почтить на этом жертвоприношении. Я вижу в этом собрании много великих подвижников, которые предавались суровой аскезе и овладели знанием. Своими знаниями и наставлениями они способны освободить от материльных страданий множество людей. Здесь собрались великие риши, чье знание безгранично, а так же многие осознавшие себя души и брахманы. Поэтому думаю, что любого из них можно было выбрать для Агра-пуджи, ибо им поклоняются великие полубоги, цари и императоры. Не понимаю, как вы могли выбрать этого пастуха Кришну, оставив в стороне столь великих людей. По-моему, Кришна ничем не лучше вороны, так разве может Он быть достоин того, чтобы первым получить почести на этом великом жертвоприношении? Мы не можем даже установить к какой касте принадлежит этот Кришна и каковы Его занятия и обязанности".

По сути, Кришна не принадлежит ни к одной из каст и у Него нет предписанных обязанностей. В Ведах говорится, что Верховному Господу не нужно выполнять предписанных обязанностей. Все, что вершится от Его имени, осуществляется Его разнообразными энергиями.

Шишупала продолжал: "Кришна не принадлежит к знатному роду. Он настолько независим, что никто не знает, каковы Его религиозные убеждения. Судя по всему, Он не следует никаким религиозным заповедям. Он всегда поступает, как Ему заблагорассудится, нисколько не заботясь о предписаниях Вед и установленных правилах. Поэтому у Него нет никаких достоинств". Шишупала, сам того не желая, прославлял Кришну, когда говорил, что на Него не распространяются предписания Вед. Это действительно так, ибо Кришна - Верховная Личность Бога. То, что у Него нет никаких достоинств, или качеств, означает, что у Него нет материальных качеств и, поскольку Он - Верховная Личность Бога, Он действует, как пожелает, ни от кого не завися в Своих поступках и не заботясь о правилах поведения, принятых в обществе или о религиозных законах.

Шишупала продолжал: "Учитывая все это, можно ли считать Кришну достойным того, чтобы первым получить почести на этом жертвоприношении? Кришна так глуп, что покинул Матхуру, населенную необычайно возвышенными людьми, которые чтут традиции ведической культуры, и нашел прибежище посреди океана, где о Ведах не говорится ни слова. Вместо того, чтобы жить открыто, Он воздвиг посреди океана крепость и живет там, где никто не обсуждает ведическое знание. И когда бы Он ни покинул Свою крепость, Он, словно какой-нибудь разбойник, вор или негодяй, всегда приносит людям одни только беды и несчастья".

Шишупала неистовствовал от того, что Кришну сочли лучшим в этом собрании, достойным первым получить почести, и речь его была настолько безумна, что, казалось, судьба отвернулась от него. Злополучный Шишупала безудержно поносил Кришну, а Господь Кришна терпеливо слушал его и ничему не возражал. Как лев остается спокойным, заслышав тявканье стаи шакалов, так и Он невозмутимо хранил молчание. Кришна не ответил ни на одно из обвинений, брошенных Шишупалой, но все присутствующие в собрании за исключением нескольких, согласных с Шишупалой, пришли в негодование, ибо ни один достойный человек не станет терпеть оскорблений в адрес Бога или Его преданных. Те, кто считал себя неспособными обуздать Шишупалу, в знак протеста покинули собрание. Заткнув пальцами уши, чтобы не слышать новых обвинений, они проклинали Шишупалу и уходили. Согласно Ведам, нельзя оставаться там, где поносят Верховную Личность Бога. Иначе можно лишиться плодов своих багочестивых дел и пасть в низшие формы жизни.

Все бывшие там цари из династий Куру, Матсья, Кекая и Сринджая пришли в неописуемый гнев и тут же схватились за мечи и щиты, решив убить Шишупалу. Он же был настолько глуп, что ничуть не встревожился, хотя видел, что все цари горели желанием расправиться с ним. Произнося свои глупые речи, он не думал о том, что говорил, а когда увидел, что цари готовы броситься на него, он, вместо того, чтобы замолчать, вскочил, и схватив меч и щит, приготовился сражаться с ними. Когда Господь Кришна увидел, что на арене благодатной Раджасуя-ягьи готово развернуться сражение, Он начал успокаивать рвущихся в бой царей. В Своей неизъяснимой милости Он решил Сам убить Шишупалу. Пока Шишупала бранил царей, готовых кинуться на него, Господь Кришна взял Свой диск, острый как лезвие бритвы, и в одно мгновение снес Шишупале голову.

Когда Шишупала был убит, из толпы послышались громкие возгласы и крики. Воспользовавшись всеобщим смятением, несколько царей, сторонников Шишупалы, из страха за свою жизнь спешно покинули собрание. Шишупале очень посчастливилось - его душа на глазах у всех вошла в тело Господа Кришны, подобно тому как огненный метеор сталкивается с земной твердью. Слияние души Шишупалы с божественным телом Кришны вызывает на память историю о Джайе и Виджайе, которые пали в материальный мир с планет Вайкунтхи, проклятые четырьмя Кумарами. Было задумано, что три рождения подряд Джая и Виджая будут заклятыми врагами Господа, и, по истечении трех жизней, вернутся в мир Вайкунтхи, станут приближенными Господа и будут служить Ему.

Хотя Шишупала враждовал с Кришной, он ни мгновение не забывал о Нем и всегда пребывал в сознании Кришны. Шишупала все время думал о Кришне, поэтому вначале он получил освобождение саюджья-мукти, погрузившись в бытие Всевышнего, а затем возвратился в свое изначальное положение и стал личным слугой Господа. "Бхагавад-гита" подтверждает, что если человек, умирая, думает о Всевышнем Господе, то, оставив материальное тело, он тут же вступает в царство Бога. После спасения Шишупалы царь Юдхиштхира наградил всех, кто присутствовал на Раджасуя-ягье. Он щедро одарил брахманов и ученых мудрецов, которые участвовали в жертвоприношении, и после этого совершил омовение. Омовение в конце ягьи также является частью ритуала и называется авабхритха.

Так Господь Кришна помог Махарадже Юдхиштхире успешно завершить устроенную им Раджасуя-ягью. По просьбе Своих двоюродных братьев и других родственников Кришна остался в Хастинапуре еще на несколько месяцев. Хотя царь Юдхиштхира и его братья не хотели, чтобы Господь Кришна уезжал, Кришна попросил у царя позволение вернуться в Двараку, и вместе со Своими женами и советниками отправился домой.

История падения Джайи и Виджайи в материальный мир с планет Вайкунтхи рассказывается в Седьмой Песни "Шримад-Бхагаватам". Гибель Шишупалы непосредственно связана с рассказом о Джайе и Виджайе, но самое важное, что нужно уяснить из этой истории, это то, что Верховный Господь, будучи абсолютным, может даровать освобождение каждому - и врагу и другу. Поэтому не следует думать, что Господь к одним относится враждебно, а к другим - дружески. И то и другое отношение абсолютно и нематериально.

Когда царь Юдхиштхира совершил омовение и стоял в окружении брахманов и ученых мудрецов, он был красив, как царь рая. Он щедро вознаградил полубогов участвовавших в ягье, после чего все они, довольные и радостные, покинули собрание, восхваляя деяния царя и прославляя Господа Кришну.

Когда Шукадева Госвами поведал Махарадже Парикшиту о том, как Кришна убил Шишупалу, и рассказал о проведенной царем Юдхиштхирой Раджасуя-ягье, он так же отметил, что после того, как ягья была успешно завершена, лишь один человек не испытывал радости. Это был Дурьодхана. Дурьодхана по природе своей и от греховной жизни был очень завистлив - он родился в семействе Куру как олицетворение неизлечимого недуга, который погубит всю династию.

Шукадева Госвами уверил Махараджу Парикшита в том, что все лилы Господа Кришны: убийство Шишупалы и Джарасандхи и освобождение плененных царей, священны и тот, кто услышит о них от сведущего человека, немедленно освободится от последствий всех своих греховных деяний.

На этом в изложении Бхактиведанты заканчивается семьдесят четвертая глава книги "Кришна - источник вечной радости" под названием "Освобождение Шишупалы".

King Yudhiṣṭhira became very happy after hearing the details of the Jarāsandha episode, and he spoke as follows: "My dear Kṛṣṇa, O eternal form of bliss and knowledge, all the exalted directors of the affairs of this material world, including Lord Brahmā, Lord Śiva and King Indra, are always anxious to receive and carry out orders from You, and whenever they are fortunate enough to receive such orders, they immediately take them and keep them in their hearts. O Kṛṣṇa, You are unlimited, and although we sometimes think of ourselves as royal kings and rulers of the world and become puffed up over our paltry positions, we are very poor in heart. Actually, we are fit to be punished by You, but the wonder is that instead of punishing us, You so kindly and mercifully accept our orders and carry them out properly. Others are very surprised that Your Lordship can play the part of an ordinary human, but we can understand that You are performing these activities just like a dramatic artist. Your real position is always exalted, exactly like that of the sun, which always remains at the same temperature both during the time of its rising and the time of its setting. Although we feel the difference in temperature between the rising and the setting sun, the temperature of the sun never changes. You are always transcendentally equipoised, and thus You are neither pleased nor disturbed by any condition of material affairs. You are the Supreme Brahman, the Personality of Godhead, and for You there are no relativities. My dear Mādhava, You are never defeated by anyone. Material distinctions--'This is me.' 'This is you.' 'This is mine.' 'This is yours.'--are all conspicuous by dint of their absence in You. Such distinctions are visible in the lives of everyone, even the animals, but those who are pure devotees are freed from these false distinctions. Since these distinctions are absent in Your devotees, they cannot possibly be present in You."

After satisfying Kṛṣṇa in this way, King Yudhiṣṭhira arranged to perform the Rājasūya sacrifice. He invited all the qualified brāhmaṇas and sages to take part and appointed them to different positions as priests in charge of the sacrificial arena. He invited the most expert brāhmaṇas and sages, whose names are as follows: Kṛṣṇa-dvaipāyana Vyāsadeva, Bharadvāja, Sumantu, Gautama, Asita, Vasiṣṭha, Cyavana, Kaṇva, Maitreya, Kavaṣa, Trita, Viśvāmitra, Vāmadeva, Sumati, Jaimini, Kratu, Paila, Parāśara, Garga, Vaiśampāyana, Atharvā, Kaśyapa, Dhaumya, Paraśurāma, Śukrācārya, Āsuri, Vītihotra, Madhucchandā, Vīrasena and Akṛtavraṇa. Besides all these brāhmaṇas and sages, he invited such respectable old men as Droṇācārya, Bhīṣma (the grandfather of the Kurus), Kṛpācārya, and Dhṛtarāṣṭra. He also invited all the sons of Dhṛtarāṣṭra, headed by Duryodhana, and the great devotee Vidura was also invited. Kings from different parts of the world, along with their ministers and secretaries, were also invited to see the great sacrifice performed by King Yudhiṣṭhira, and the citizens, comprising learned brāhmaṇas, chivalrous kṣatriyas, well-to-do vaiśyas, and faithful śūdras, all visited the ceremony.

The brāhmaṇa priests and sages in charge of the sacrificial ceremony constructed the sacrificial arena as usual with a plow of gold, and they initiated King Yudhiṣṭhira as the performer of the great sacrifice, in accordance with Vedic rituals. Long years ago, when Varuṇa performed a similar sacrifice, all the sacrificial utensils were made of gold. Similarly, in the Rājasūya sacrifice of King Yudhiṣṭhira, all the utensils required for the sacrifice were golden.

In order to participate in the great sacrifice performed by King Yudhiṣṭhira, all the exalted demigods like Lord Brahmā, Lord Śiva, and Indra the King of heaven, accompanied by their associates, as well as the predominating deities of higher planetary systems like Gandharvaloka, Siddhaloka, Janoloka, Tapoloka, Nāgaloka, Yakṣaloka, Rākṣasaloka, Pakṣiloka and Cāraṇaloka, as well as famous kings and their queens, were all present by the invitation of King Yudhiṣṭhira. All the respectable sages, kings and demigods who assembled there unanimously agreed that King Yudhiṣṭhira was quite competent to take the responsibility of performing the Rājasūya sacrifice; no one was in disagreement on this fact. All of them knew thoroughly the position of King Yudhiṣṭhira; because he was a great devotee of Lord Kṛṣṇa, no accomplishment was extraordinary for him. The learned brāhmaṇas and priests saw to it that the sacrifice by Mahārāja Yudhiṣṭhira was performed in exactly the same way as in bygone ages by the demigod Varuṇa. According to the Vedic system, whenever there is an arrangement for sacrifice, the members participating in the sacrifice are offered the juice of the soma plant. The juice of the soma plant is a kind of life-giving beverage. On the day of extracting the soma juice, King Yudhiṣṭhira very respectfully received the special priest who had been engaged to detect any mistake in the formalities of sacrificial procedures. The idea is that the Vedic mantras must be enunciated perfectly and chanted with the proper accent; if the priests who are engaged in this business commit any mistake, the checker or referee priest immediately corrects the procedure, and thus the ritualistic performances are perfectly executed. Unless it is perfectly executed, a sacrifice cannot yield the desired result. In this age of Kali there is no such learned brāhmaṇa or priest available; therefore, all such sacrifices are forbidden. The only sacrifice recommended in the śāstras is the chanting of the Hare Kṛṣṇa mantra.

Another important procedure is that the most exalted personality in the assembly of such a sacrificial ceremony is first offered worship. After all arrangements were made for Yudhiṣṭhira's sacrifice, the next consideration was who should be worshiped first in the ceremony. This particular ceremony is called Agrapūjā. Agra means first, and pūjā means worship. This Agrapūjā is similar to election of the president. In the sacrificial assembly, all the members were very exalted. Some proposed to elect one person as the perfect candidate for accepting Agrapūjā, and others proposed someone else.

When the matter remained undecided, Sahadeva began to speak in favor of Lord Kṛṣṇa. He said, "Lord Kṛṣṇa, the best amongst the members of the Yadu dynasty and the protector of His devotees, is the most exalted personality in this assembly. Therefore I think that He should without any objection be offered the honor of being worshiped first. Although demigods such as Lord Brahmā, Lord Śiva, Indra, the King of heavenly planets, and many other exalted personalities are present in this assembly, no one can be equal to or greater than Kṛṣṇa in terms of time, space, riches, strength, reputation, wisdom, renunciation or any other consideration. Anything which is considered opulent is present originally in Kṛṣṇa. As an individual soul is the basic principle of the growth of his material body, similarly Kṛṣṇa is the Supersoul of this cosmic manifestation. All kinds of Vedic ritualistic ceremonies, such as the performance of sacrifices, the offering of oblations in the fire, the chanting of the Vedic hymns and the practice of mystic yoga--all are meant for realizing Kṛṣṇa. Whether one follows the path of fruitive activities or the path of philosophical speculation, the ultimate destination is Kṛṣṇa; all bona fide methods of self-realization are meant for understanding Kṛṣṇa. Ladies and gentlemen, it is superfluous to speak about Kṛṣṇa, because every one of you exalted personalities know the Supreme Brahman, Lord Kṛṣṇa, for whom there are no material differences between body and soul, between energy and the energetic, or between one part of the body and another. Since everyone is a part and parcel of Kṛṣṇa, there is no qualitative difference between Kṛṣṇa and all living entities. Everything is an emanation of Kṛṣṇa's energies, the material and spiritual energies. Kṛṣṇa's energies are like the heat and light of the fire; there is no difference between the quality of heat and light and the fire itself.

"Also, Kṛṣṇa can do anything He likes with any part of His body. We can execute a particular action with the help of a particular part of our body, but He can do anything and everything with any part of His body. And because His transcendental body is full of knowledge and bliss in eternity, He doesn't undergo the six kinds of material changes--birth, existence, growth, fruitive action, dwindling and vanishing. Unforced by any external energy, He is the supreme cause of the creation, maintenance and dissolution of everything that be. By the grace of Kṛṣṇa only, everyone is engaged in the practice of religiousness, the development of economic conditions, the satisfaction of the senses and, ultimately, the achievement of liberation from material bondage. These four principles of progressive life can be executed by the mercy of Kṛṣṇa only. He should therefore be offered the first worship of this great sacrifice, and no one should disagree. As by watering the root, the watering of the branches, twigs, leaves and flowers is automatically accomplished, or as by supplying food to the stomach, the nutrition and metabolism of all parts of the body are automatically established, so by offering the first worship to Kṛṣṇa, everyone present in this meeting--including the great demigods--will be satisfied. If anyone is charitably disposed, it will be very good for him to give in charity only to Kṛṣṇa, who is the Supersoul of everyone, regardless of his particular body or individual personality. Kṛṣṇa is present as the Supersoul in every living being, and if we can satisfy Him, then automatically every living being becomes satisfied."

Sahadeva was fortunate to know of the glories of Kṛṣṇa, and after describing them in brief, he stopped speaking. After this speech was delivered, all the members present in that great sacrificial assembly applauded, confirming his words continuously by saying, "Everything that you have said is completely perfect. Everything that you have said is completely perfect." King Yudhiṣṭhira, after hearing the confirmation of all present, especially of the brāhmaṇas and learned sages, worshiped Lord Kṛṣṇa according to the regulative principles of the Vedic injunctions. First of all, King Yudhiṣṭhira--along with his brothers, wives, children, other relatives and ministers--washed the lotus feet of Lord Kṛṣṇa and sprinkled the water on their heads. After this, Lord Kṛṣṇa was offered various kinds of silken garments of yellow color, and heaps of jewelry and ornaments were presented before Him for His use.

King Yudhiṣṭhira felt such ecstasy by honoring Kṛṣṇa, who was his only lovable object, that tears glided down from his eyes, and although he wanted to, he could not see Lord Kṛṣṇa very well. Lord Kṛṣṇa was thus worshiped by King Yudhiṣṭhira. At that time all the members present in that assembly stood up with folded hands and began to chant, "Jaya! Jaya! Namaḥ! Namaḥ! " When all joined together to offer their respectful obeisances to Kṛṣṇa, there were showers of flowers from the sky.

In that meeting, King Śiśupāla was also present. He was an avowed enemy of Kṛṣṇa for many reasons, especially because of Kṛṣṇa's having stolen Rukmiṇī from the marriage ceremony; therefore, he could not tolerate such honor to Kṛṣṇa and glorification of His qualities. Instead of being happy to hear the glories of the Lord, he became very angry. When everyone offered respect to Kṛṣṇa by standing up, Śiśupāla remained in his seat, but when he became angry at Kṛṣṇa's being honored, Śiśupāla stood up suddenly, and, raising his hand, began to speak very strongly and fearlessly against Lord Kṛṣṇa. He spoke in such a way that Lord Kṛṣṇa could hear him very distinctly.

"Ladies and gentlemen, I can appreciate now the statement of the Vedas that, after all, time is the predominating factor. In spite of all endeavors to the contrary, the time element executes its own plan without opposition. For example, one may try his best to live, but when the time for death comes, no one can check it. I see here that although there are many stalwart personalities present in this assembly, the influence of time is so strong that they have been misled by the statement of a boy who has foolishly spoken about Kṛṣṇa. There are many learned sages and elderly persons present, but still they have accepted the statement of a foolish boy. This means that by the influence of time, even the intelligence of such honored persons as are present in this meeting can be misdirected. I fully agree with the respectable persons present here that they are competent enough to select the personality who can be first worshiped, but I cannot agree with the statement of a boy like Sahadeva, who has spoken so highly about Kṛṣṇa and has recommended that Kṛṣṇa is fit to accept the first worship in the sacrifice. I can see that in this meeting there are many personalities who have undergone great austerities, who are highly learned, and who have performed many penances. By their knowledge and direction, they can deliver many persons who are suffering from the pangs of material existence. There are great ṛṣis here whose knowledge has no bounds, as well as many self-realized persons and brāhmaṇas also, and therefore I think that any one of them could have been selected for the first worship because they are worshipable even by the great demigods, kings and emperors. I cannot understand how you could have selected this cowherd boy, Kṛṣṇa, and have left aside all these other great personalities. I think Kṛṣṇa to be no better than a crow--how can He be fit to accept the first worship in this great sacrifice?

"We cannot even ascertain as yet to which caste this Kṛṣṇa belongs or what His actual occupational duty is." Actually, Kṛṣṇa does not belong to any caste, nor does He have to perform any occupational duty. It is stated in the Vedas that the Supreme Lord has nothing to do as His prescribed duty. Whatever has to be done on His behalf is executed by His different energies.

Śiśupāla continued: "Kṛṣṇa does not belong to a high family. He is so independent that no one knows His principles of religious life. It appears that He is outside the jurisdiction of all religious principles. He always acts independently, not caring for the Vedic injunctions and regulative principles. Therefore He is devoid of all good qualities." Śiśupāla indirectly praised Kṛṣṇa by saying that He is not within the jurisdiction of Vedic injunction. This is true because He is the Supreme Personality of Godhead. That He has no qualities means that Kṛṣṇa has no material qualities, and because He is the Supreme Personality of Godhead, He acts independently, not caring for conventions or social or religious principles.

Śiśupāla continued: "Under these circumstances, how can He be fit to accept the first worship in the sacrifice? Kṛṣṇa is so foolish that He has left Mathurā, which is inhabited by highly elevated persons following the Vedic culture, and He has taken shelter in the ocean, where there is not even talk of the Vedas. Instead of living openly, He has constructed a fort within the water and is living in an atmosphere where there is no discussion of Vedic knowledge. And whenever He comes out of the fort, He simply harasses the citizens like a dacoit, thief or rogue."

Śiśupāla went crazy because of Kṛṣṇa's being elected the supreme first-worshiped person in that meeting, and he spoke so irresponsibly that it appeared that he had lost all his good fortune. Being overcast with misfortune, Śiśupāla continued to insult Kṛṣṇa further, and Lord Kṛṣṇa patiently heard him without protest. Just as a lion does not care when a flock of jackals howl, Lord Kṛṣṇa remained silent and unprovoked. Kṛṣṇa did not reply to even a single accusation made by Śiśupāla, but all the members present in the meeting, except a few who agreed with Śiśupāla, became very agitated because it is the duty of any respectable person not to tolerate blasphemy against God or His devotee. Some of them, who thought that they could not properly take action against Śiśupāla, left the assembly in protest, covering their ears with their hands in order not to hear further accusations. Thus they left the meeting condemning the action of Śiśupāla. It is the Vedic injunction that whenever there is blasphemy of the Supreme Personality of Godhead, one must immediately leave. If he does not do so, he becomes bereft of his pious activities and is degraded to the lower condition of life.

All the kings present, belonging to the Kuru dynasty, Matsya dynasty, Kekaya dynasty and Sṛñjaya dynasty, became very angry and immediately took up their swords and shields to kill Śiśupāla. Śiśupāla was so foolish that he did not become even slightly agitated, although all the kings present were ready to kill him. He did not care to think of the pros and cons of his foolish talking, and when he saw that all the kings were ready to kill him, instead of stopping, he stood to fight with them and took up his sword and shield. When Lord Kṛṣṇa saw that they were going to engage in fighting in the arena of the auspicious Rājasūya yajña, He personally pacified them. Out of His causeless mercy He Himself decided to kill Śiśupāla. When Śiśupāla was abusing the kings who were about to attack him, Lord Kṛṣṇa took up His disc, which was as sharp as the blade of a razor, and immediately separated the head of Śiśupāla from his body.

When Śiśupāla was thus killed, a great roar and howl went up from the crowd of that assembly. Taking advantage of that disturbance, the few kings who were supporters of Śiśupāla quickly left the assembly out of fear for their lives. But despite all this, the fortunate Śiśupāla's spirit soul immediately merged into the body of Lord Kṛṣṇa in the presence of all members, exactly as a burning meteor falls to the surface of the globe. Śiśupāla's soul's merging into the transcendental body of Kṛṣṇa reminds us of the story of Jaya and Vijaya, who fell to the material world from the Vaikuṇṭha planets upon being cursed by the four Kumāras. For their return to the Vaikuṇṭha world, it was arranged that both Jaya and Vijaya, for three consecutive births would act as deadly enemies of the Lord, and at the end of these lives they would again return to the Vaikuṇṭha world and serve the Lord as His associates.

Although Śiśupāla acted as the enemy of Kṛṣṇa, he was not for a single moment out of Kṛṣṇa consciousness. He was always absorbed in thought of Kṛṣṇa, and thus he got first the salvation of sāyujya-mukti, merging into the existence of the Supreme, and finally became reinstated in his original position of personal service. The Bhagavad-gītā corroborates the fact that if one is absorbed in the thought of the Supreme Lord at the time of death, he immediately enters the kingdom of God after quitting his material body. After the salvation of Śiśupāla, King Yudhiṣṭhira rewarded all the members present in the sacrificial assembly. He sufficiently remunerated the priests and the learned sages for their engagement in the execution of the sacrifice, and after performing all this routine work, he took his bath. This bath at the end of the sacrifice is also technical. It is called the avabhṛtha bath.

Lord Kṛṣṇa thus enabled the performance of the Rājasūya yajña arranged by King Yudhiṣṭhira to be successfully completed, and, being requested by His cousins and relatives, He remained in Hastināpura for a few months more. Although King Yudhiṣṭhira and his brothers were not willing to have Lord Kṛṣṇa leave Hastināpura, Kṛṣṇa arranged to take permission from the King to return to Dvārakā, and thus He returned home along with His queens and ministers.

The story of the fall of Jaya and Vijaya from the Vaikuṇṭha planets to the material world is described in the Seventh Canto of Śrīmad-Bhāgavatam. The killing of Śiśupāla has a direct link with that narration of Jaya and Vijaya, but the most important instruction that we get from this incident is that the Supreme Personality of Godhead, being absolute, can give salvation to everyone, whether one acts as His enemy or as His friend. It is therefore a misconception that the Lord acts with someone in relationship of a friend and with someone else in the relationship of an enemy. His being an enemy or friend is always on the absolute platform. There is no material distinction.

After King Yudhiṣṭhira took his bath after the sacrifice and stood in the midst of all the learned sages and brāhmaṇas, he seemed exactly like the King of heaven and thus looked very beautiful. King Yudhiṣṭhira sufficiently rewarded all the demigods who participated in the yajña, and being greatly satisfied, all of them left praising the King's activities and glorifying Lord Kṛṣṇa.

When Śukadeva Gosvāmī was narrating these incidents of Kṛṣṇa's killing Śiśupāla and describing the successful execution of the Rājasūya yajña by Mahārāja Yudhiṣṭhira, he pointed out also that after the successful termination of the yajña there was only one person who was not happy. He was Duryodhana. Duryodhana by nature was very envious because of his sinful life, and he appeared in the dynasty of the Kurus as a chronic disease personified in order to destroy the whole family.

Śukadeva Gosvāmī assured Mahārāja Parīkṣit that the pastimes of Lord Kṛṣṇa--the killing of Śiśupāla and Jarāsandha and the releasing of the imprisoned kings--are all transcendental vibrations, and anyone who hears these narrations from the authorized persons will be immediately freed from all the reactions of the sinful activities of his life.

Thus ends the Bhaktivedanta purport of the Second Volume, Ninteenth Chapter of Kṛṣṇa, "The Deliverance of Śiśupāla."