Придя в крайнее замешательство от горя, гнева, негодования, боли и скорби, сыновья Джамадагни воскликнули: «Отец наш, о самый набожный и святой из людей, ты покинул нас и вознесся на райские планеты!»

Virtually bewildered by grief, anger, indignation, affliction and lamentation, the sons of Jamadagni cried, “O father, most religious, saintly person, you have left us and gone to the heavenly planets !”