ШБ 6.1.28-29
са па̄ш́а-хаста̄м̇с трӣн др̣шт̣ва̄
пуруша̄н ати-да̄рун̣а̄н
вакра-тун̣д̣а̄н ӯрдхва-ромн̣а
а̄тма̄нам̇ нетум а̄гата̄н
дӯре крӣд̣анака̄сактам̇
путрам̇ на̄ра̄йан̣а̄хвайам
пла̄витена сварен̣оччаир
а̄джуха̄ва̄кулендрийах̣
пуруша̄н ати-да̄рун̣а̄н
вакра-тун̣д̣а̄н ӯрдхва-ромн̣а
а̄тма̄нам̇ нетум а̄гата̄н
дӯре крӣд̣анака̄сактам̇
путрам̇ на̄ра̄йан̣а̄хвайам
пла̄витена сварен̣оччаир
а̄джуха̄ва̄кулендрийах̣
Перевод
Вдруг Аджамила увидел трех наводящих ужас существ: волосы на их уродливых телах стояли дыбом, а лица были перекошены от ярости. Они держали наготове путы, чтобы связать его и увести в обитель Ямараджи. В смятении Аджамила стал громко звать любимого сына, игравшего неподалеку. Со слезами на глазах он, сам того не ведая, произносил святое имя Нараяны.
Комментарий
Грехи совершают телом, мыслью и речью, поэтому посланцев Ямараджи, которые собирались доставить Аджамилу в обитель владыки смерти, было трое. К счастью, взывая к сыну, Аджамила произнес четыре слога хари-намы — На-ра-я-на, — и тотчас к его смертному одру явились вишнудуты, посланцы Нараяны. В страхе перед путами Ямараджи Аджамила со слезами на глазах повторял имя Господа. Однако на самом деле он вовсе не думал, что повторяет святое имя, — он лишь звал своего сына.