тасйаивам̇ дхйа̄йато дӣргхам̇
нашт̣а-ра̄йас тапасвинах̣
кхидйато ба̄шпа-кан̣т̣хасйа
нирведах̣ су-маха̄н абхӯт
нашт̣а-ра̄йас тапасвинах̣
кхидйато ба̄шпа-кан̣т̣хасйа
нирведах̣ су-маха̄н абхӯт
Перевод
Утратив все, что имел, он испытывал невыносимые страдания и сокрушался. Его душили слезы, и он постоянно думал о своей судьбе. Вскоре в его сердце проснулось сильнейшее чувство непривязанности к мирскому.
Когда-то этот брахман обучался принципам добродетели, однако впоследствии эта добродетель потонула в его отвратительном поведении. Теперь же былая праведность вновь пробудилась в его сердце.
Параллельный английский текст не найден
тасйаивам̇ дхйа̄йато дӣргхам̇
нашт̣а-ра̄йас тапасвинах̣
кхидйато ба̄шпа-кан̣т̣хасйа
нирведах̣ су-маха̄н абхӯт
нашт̣а-ра̄йас тапасвинах̣
кхидйато ба̄шпа-кан̣т̣хасйа
нирведах̣ су-маха̄н абхӯт
Перевод
Утратив все, что имел, он испытывал невыносимые страдания и сокрушался. Его душили слезы, и он постоянно думал о своей судьбе. Вскоре в его сердце проснулось сильнейшее чувство непривязанности к мирскому.
Комментарий
Когда-то этот брахман обучался принципам добродетели, однако впоследствии эта добродетель потонула в его отвратительном поведении. Теперь же былая праведность вновь пробудилась в его сердце.