эвам̇ бр̣хад-врата-дхаро
бра̄хман̣о ’гнир ива джвалан
мад-бхактас тӣвра-тапаса̄
дагдха-карма̄ш́айо ’малах̣
бра̄хман̣о ’гнир ива джвалан
мад-бхактас тӣвра-тапаса̄
дагдха-карма̄ш́айо ’малах̣
Перевод
Брахман, который хранит великий обет безбрачия, начинает сиять, словно огонь, и своей суровой аскезой сжигает дотла склонность к мирской деятельности. Свободный от скверны материальных желаний, он становится Моим преданным.
В этом стихе описан путь к освобождению. Однажды Шрила Прабхупада летел в самолете, и один из пассажиров, священник, сказал ему, что у его учеников «сияющие лица». Шрила Прабхупада любил вспоминать об этом разговоре. Душа сияет ярче солнца, и по мере духовного очищения даже материальное тело преданного начинает сиять. Пылающий огонь духовного знания испепеляет стремление ума к чувственным наслаждениям, и человек естественным образом становится аскетичным и теряет интерес к мирским удовольствиям. Лучшая из всех аскез — обет целомудрия, благодаря которому кандалы материальной жизни мгновенно ослабевают. Те, кого называют амала, то есть свободными от материальных желаний, — это чистые преданные Господа. На путях гьяны, кармы или йоги человек продолжает думать о собственной выгоде, тогда как те, кто следует по пути чистой преданности, приучают свой ум думать лишь об интересах Личности Бога. Поэтому верных слуг Господа называют амала, абсолютно чистыми.
Параллельный английский текст не найден
эвам̇ бр̣хад-врата-дхаро
бра̄хман̣о ’гнир ива джвалан
мад-бхактас тӣвра-тапаса̄
дагдха-карма̄ш́айо ’малах̣
бра̄хман̣о ’гнир ива джвалан
мад-бхактас тӣвра-тапаса̄
дагдха-карма̄ш́айо ’малах̣
Перевод
Брахман, который хранит великий обет безбрачия, начинает сиять, словно огонь, и своей суровой аскезой сжигает дотла склонность к мирской деятельности. Свободный от скверны материальных желаний, он становится Моим преданным.
Комментарий
В этом стихе описан путь к освобождению. Однажды Шрила Прабхупада летел в самолете, и один из пассажиров, священник, сказал ему, что у его учеников «сияющие лица». Шрила Прабхупада любил вспоминать об этом разговоре. Душа сияет ярче солнца, и по мере духовного очищения даже материальное тело преданного начинает сиять. Пылающий огонь духовного знания испепеляет стремление ума к чувственным наслаждениям, и человек естественным образом становится аскетичным и теряет интерес к мирским удовольствиям. Лучшая из всех аскез — обет целомудрия, благодаря которому кандалы материальной жизни мгновенно ослабевают. Те, кого называют амала, то есть свободными от материальных желаний, — это чистые преданные Господа. На путях гьяны, кармы или йоги человек продолжает думать о собственной выгоде, тогда как те, кто следует по пути чистой преданности, приучают свой ум думать лишь об интересах Личности Бога. Поэтому верных слуг Господа называют амала, абсолютно чистыми.