к текстам

ШБ 10.13.56

тато ’тикутукодвр̣тйа-стимитаика̄даш́ендрийах̣
тад-дха̄мна̄бхӯд аджас тӯшн̣ӣм̇
пӯр-девй-антӣва путрика̄

Перевод

Под могучим сиянием, исходившем от этих вишну-мурти, Господь Брахма, одиннадцать органов которого встрепенулись от изумления и замерли от трансцендентного блаженства, притих и стал похож на детскую глиняную куклу, оказавшуюся перед деревенским божеством.
Брахма застыл от трансцендентного блаженства (мухйанти йат сӯрайах̣). Все его органы замерли, и он был не в силах что-либо говорить или делать. Брахма считал себя абсолютом, единственным богом, наделенным властью, но теперь его гордыня была сокрушена и Брахма вспомнил, что он всего лишь полубог — конечно, один из важных полубогов, но не более того. Это значит, что нельзя приравнивать Брахму к Кришне, Нараяне, то есть к Богу. Запрещается приравнивать к Нараяне даже полубогов, таких как Брахма и Шива, что уж говорить о других существах.
йас ту на̄ра̄йан̣ам̇ девам̇
брахма-рудра̄ди-даиватаих̣
саматвенаива вӣкшета
са па̄шан̣д̣ӣ бхавед дхрувам
«Тот, кто считает полубогов, таких как Брахма и Шива, равными Нараяне, безусловно, является богохульником». Мы не должны приравнивать полубогов к Нараяне — даже Шанкарачарья запретил делать это (на̄ра̄йан̣ах̣ паро ’вйакта̄т). Кроме того, в Ведах сказано: эко на̄ра̄йан̣а а̄сӣн на брахма̄ неш́а̄нах̣ — «На заре творения существовал только Нараяна, Верховная Личность, и не было ни Брахмы, ни Шивы». Поэтому тот, кто в конце жизни вспомнит Нараяну, достигнет высшего совершенства (анте на̄ра̄йан̣а-смр̣тих̣).

TEXT 56

tato ’tikutukodvṛtya-
stimitaikādaśendriyaḥ
tad-dhāmnābhūd ajas tūṣṇīṁ
pūr-devy-antīva putrikā

Перевод

Then, by the power of the effulgence of those viṣṇu-mūrtis, Lord Brahmā, his eleven senses jolted by astonishment and stunned by transcendental bliss, became silent, just like a child’s clay doll in the presence of the village deity.
Brahmā was stunned because of transcendental bliss (muhyanti yat sūrayaḥ). In his astonishment, all his senses were stunned, and he was unable to say or do anything. Brahmā had considered himself absolute, thinking himself the only powerful deity, but now his pride was subdued, and he again became merely one of the demigods—an important demigod, of course, but a demigod nonetheless. Brahmā, therefore, cannot be compared to God—Kṛṣṇa, or Nārāyaṇa. It is forbidden to compare Nārāyaṇa even to demigods like Brahmā and Śiva, what to speak of others.
yas tu nārāyaṇaṁ devaṁ
brahma-rudrādi-daivataiḥ
samatvenaiva vīkṣeta
sa pāṣaṇḍī bhaved dhruvam
“One who considers demigods like Brahmā and Śiva to be on an equal level with Nārāyaṇa must certainly be considered an offender.” We should not equate the demigods with Nārāyaṇa, for even Śaṅkarācārya has forbidden this (nārāyaṇaḥ paro’vyaktāt). Also, as mentioned in the Vedas, eko nārāyaṇa āsīn na brahmā neśānaḥ: “In the beginning of creation there was only the Supreme Personality, Nārāyaṇa, and there was no existence of Brahmā or Śiva.” Therefore, one who at the end of his life remembers Nārāyaṇa attains the perfection of life (ante nārāyaṇa-smṛtiḥ).