НП Гл. 35 Нейтральная любовь к Богу
Шри Рупа Госвами возносит почтительные молитвы вечной Верховной Личности Бога, Тому, кто неизменно прекрасен и Кому всегда с трансцендентной любовью служат чистые преданные. Третья часть «Бхакти-расамрита-синдху» посвящена описанию 5 первичных видов преданного служения: служению в нейтральных отношениях, в отношениях слуги и господина, в дружеских отношениях, в родительской и супружеской любви. Эти 5 форм отношений с Господом подробно рассмотрены здесь, поэтому образно их называют пятью волнами западной части океана преданности.
О том, кто действительно способен удержаться на трансцендентном уровне, говорят, что он достиг нейтральной стадии преданного служения. Некоторые великие мудрецы достигали нейтральной стадии, обуздав свои чувства с помощью аскетизма, покаяний и медитации. Таких мудрецов обычно называют йогами-мистиками, и в большинстве случаев их привлекает духовное блаженство, которое приносит осознание безличного аспекта Абсолютной Истины. Им практически незнакомо трансцендентное наслаждение личного общения с Верховным Господом.
На самом деле трансцендентное наслаждение общения с Верховной Личностью намного превосходит блаженство осознания безличного Брахма́на, так как при этом человек непосредственно связан с Господом в Его вечной форме. Слушание повествований об играх Господа само по себе не приносит имперсоналистам трансцендентного блаженства общения с Ним, поэтому вопросы, обсуждаемые в «Бхагавад-гите», где Сам Господь беседует с Арджуной, не доставляют имперсоналистам трансцендентного наслаждения. Их отношение к Господу основано на безличностной концепции, что лишает их возможности познать трансцендентное наслаждение, доступное преданным, в основе представлений которых лежит концепция Верховной Личности. Поэтому комментарии имперсоналистов к «Бхагавад-гите» вредны: не поняв трансцендентного блаженства, заключенного в «Гите», они хотят трактовать ее по-своему. Однако если имперсоналист общается с чистым преданным, он получает возможность занять более высокое трансцендентное положение. Поэтому, чтобы великие мудрецы могли познать высочайшее трансцендентное наслаждение, им рекомендуют поклоняться образу Господа в храме.
Не поклоняясь арча-виграхе, то есть мурти (образу) Господа, невозможно понять такие писания, как «Бхагавад-гита» и «Шримад-Бхагаватам». Для начала мудрецам, занимающим позицию трансцендентного нейтралитета, следует принять покровительство Господа Вишну, четырехрукой вечной формы Верховной Личности Бога. Поэтому йогам-мистикам рекомендуют медитировать на образ Господа Вишну, последовав совету Капилы Муни, разработавшего систему санкхья-йоги. К сожалению, многие йоги-мистики пытаются медитировать на пустоту, что, по словам «Гиты», очень трудно и не может принести никаких ощутимых результатов.
Пройдя через аскезы и покаяния и получив возможность лицезреть четырехрукий трансцендентный образ Вишну, великие святые сказали: «Эта четырехрукая форма Господа голубого оттенка — единственный источник наслаждения и средоточие нашей жизненной силы. Когда мы видим этот вечный образ Вишну, нас, как и многих других парамахамс, мгновенно пленяет красота Господа». Такое отношение к Господу Вишну — пример шанта-расы, нейтральной стадии преданного служения. Стремящиеся к освобождению пытаются вырваться из материального рабства с помощью аскез и суровых покаяний. В конечном счете они постигают безличный аспект трансцендентного. В соответствии с «Бхагавад-гитой», признаком освобождения от материальных пут на стадии брахма-бхута является то, что человек избавляется от всех желаний и сожалений и таким образом становится радостным и обретает виџдение единой основы всего сущего. На уровне шанта-расы, нейтральной стадии преданного служения, преданный преклоняется перед Господом в Его четырехрукой форме Вишну.
Фактически вся ведическая культура направлена на постижение Господа Вишну. В одной из мантр «Риг-веды» говорится, что совершенный святой всегда стремится медитировать на лотосные стопы Вишну.
В «Шримад-Бхагаватам» сказано, что только глупцы не ведают, что высшей целью жизни является Вишну. Все авторитетные ведические писания сходятся на том, что когда человек осознает величие Господа Вишну, это знаменует начало его преданного служения. И если он будет продолжать под руководством духовного учителя совершенствовать свое преданное служение, то сможет постепенно развить в себе и другие аспекты преданного служения. На стадии шанта-расы человек обретает способность созерцать Господа Вишну, Верховную Личность Бога, дарующего освобождение даже демонам. Такой кандидат в преданные осознает Господа как вечный трансцендентный образ, Того, кто возглавляет все осознавшие себя души, как Сверхдушу и верховный Брахма́н. Он также преклоняется перед Ним за Его невозмутимость, абсолютное владение Собой и чистоту, за Его доброту к преданным и за то, что Он не подвержен влиянию материальных условий. Такое благоговейное и почтительное отношение к Господу Вишну является признаком того, что святой человек находится в шанта-расе — на нейтральной стадии преданного служения.
Имперсоналист может достичь уровня шанта-расы, только общаясь с чистыми преданными, и никак иначе. Начав общаться с чистым преданным, смиренно внимая наставлениям Господа Кришны и не пытаясь истолковать их по-своему, освобожденная душа, осознавшая Брахма́н, может достичь нейтральной стадии преданного служения. Лучшим примером святых личностей, находящихся в шанта-расе, являются братья Кумары: Санака-кумара, Санатана-кумара, Сананда-кумара и Санат-кумара. Эти четверо святых (их еще называют чатух-санами) — сыновья Господа Брахмы. Родившись, они отказались выполнять повеление своего отца обзавестись семьями и увеличивать численность людей. Они сказали, что твердо решили не связывать себя узами семейной жизни, посвятив себя самосовершенствованию и ведя жизнь святых-брахмачари. Вот почему, прожив миллионы лет, эти великие святые по-прежнему выглядят четырех-пятилетними мальчиками. У них светлая кожа, их тела излучают сияние, и они путешествуют повсюду нагими. Эти четверо святых почти никогда не разлучаются друг с другом.
В одной из молитв братьев Кумар говорится: «Дорогой Мукунда [Кришна, дарующий освобождение], безличный аспект Абсолютной Истины, называемый Брахма́ном, может привлекать святого человека только до тех пор, пока ему не посчастливится увидеть Твой вечный образ, исполненный блаженства и знания, который своим голубым оттенком напоминает молодое дерево тамала».
«Бхакти-расамрита-синдху» так описывает качества святого человека: «Святой — это тот, кто понимает, что достаточно заниматься одним преданным служением, чтобы быть уверенным в своем освобождении. Он всегда следует предписанным правилам жизни в преданном служении, стремясь при этом освободиться из материального рабства».
Как правило, святой думает: «Когда я смогу удалиться в горную пещеру, чтобы жить там в одиночестве? Когда я смогу обходиться одной набедренной повязкой? Когда мне будет достаточно лишь небольшого количества фруктов и овощей? Когда, наконец, я смогу постоянно думать о лотосных стопах Мукунды — источника сияния Брахма́на? Достигну ли я когда-нибудь такого уровня духовного развития, когда полностью осознаю всю мимолетность моих дней и ночей в сравнении с вечностью?».
Преданные и осознавшие себя души, проповедующие славу Господа, всегда хранят в своем сердце экстатическую любовь к Господу, и потому купаются в лучах луны экстаза. Таких людей называют святыми.
Святым человеком движет желание изучать ведическую литературу, особенно Упанишады, всегда жить вдали от мирской суеты, постоянно размышлять о вечном образе Кришны, быть готовым обсуждать все, что связано с Абсолютной Истиной, всегда блистать своими знаниями, видеть Верховного Господа в Его вселенской форме (вишва-рупе), постоянно общаться со знающими преданными и обсуждать с такими же возвышенными, как они сами личностями, положения Вед. Все эти качества и склонности святого человека помогают ему достичь уровня шанта-расы.
В «Бхакти-расамрита-синдху» говорится, что все присутствовавшие на религиозном собрании, где Господь Брахма учил Ведам, в частности Упанишадам, исполнились экстатической любви к Кришне, главе династии Яду. По сути дела, целью изучения Упанишад является осознание Верховной Личности Бога. Отрицание материального существования — только одна из тем, рассматриваемых в Упанишадах. Следующим шагом должно стать осознание безличного аспекта Абсолютной Истины. Только после этого, миновав уровень безличного Брахма́на и поднявшись до уровня общения с Верховной Личностью Бога, человек достигает конечной цели изучения Упанишад.
Тех, кто находится на уровне шанта-расы, к дальнейшему совершенствованию в преданном служении побуждают аромат листьев Туласи, предложенных лотосным стопам Господа, звуки Его раковины, вид святого места где-то в горах или созерцание леса, к примеру, одного из лесов Вринда вана, паломничество по святым местам, посещение мест, по которым протекает Ганга, победа над потребностями тела (едой, сном, совокуплением и самозащитой), осознание разрушительной силы вечного времени и постоянное общение с теми, кто занят преданным служением в сознании Кришны. Все это способствует возвышению святого человека с уровня шанта-расы до более высокого уровня в преданном служении.
В «Шримад-Бхагаватам» (3.15.43) говорится о четырех святых (чатух-санах), возглавляемых Санака-кумарой. Они прибыли на Вайкунтхалоку, расположенную в духовном небе, чтобы увидеть Господа. Когда они припали к Его стопам, их ноздрей достиг аромат листьев Туласи и шафрана, мгновенно завладевший их сознанием. Хотя эти четверо святых всегда были поглощены размышлениями о безличном Брахма́не, близость Господа и аромат листьев Туласи заставили волосы на их теле подняться дыбом. Таким образом, даже тот, кто достиг уровня осознания Брахма́на, начав общаться с преданными и занявшись преданным служением, может сразу ощутить привлекательность личного аспекта Господа.
Великих мудрецов, достигших в преданном служении уровня шанта-расы, отличают следующие признаки. Их взгляд сосредоточен на кончике носа, и ведут они себя как авадхуты. Авадхутами называют великих мистиков, игнорирующих социальные, религиозные и ведические условности. Другими признаками таких людей является то, что, ораторствуя, они всегда хотят выделиться из толпы, а говоря что-либо, соединяют большой и указательный пальцы (это называется гьяна-мудрой). Они ничего не имеют против атеистов, так же как и не выказывают особого расположения к преданным. Основное внимание они уделяют достижению освобождения и непривязанности к материальному образу жизни. Они всегда бесстрастны, ни к чему не привязаны и не отождествляют себя ни с чем материальным. Они неизменно серьезны и полностью поглощены размышлениями о Верховной Личности Бога. Все эти редкие качества развиваются у преданных, находящихся в шанта-расе.
Что касается концентрации взгляда на кончике носа, то можно привести цитируемое в «Бхакти-расамрита-синдху» высказывание одного преданного, который заметил, как этим занимается некий йог. Он сказал: «Взгляд этого великого мудреца был сосредоточен на кончике носа. Это свидетельствовало о том, что он уже осознал вечный образ Господа, пребывающий в нем».
Иногда можно видеть, как преданный, находящийся в шанта-расе, зевает, потягивается, наставляет других в преданном служении, в почтении склоняется перед образом Господа, возносит искренние молитвы и хочет физически служить Господу. Таковы некоторые общие признаки преданных в нейтральной расе. Заметив, как один из преданных зевает, другой обратился к нему с такими словами: «О мистик, я полагаю, что в твоем сердце до некоторой степени развились экстатическая любовь и преданность, заставляющие тебя зевать». Иногда преданный в шанта-расе падает наземь, волосы на его теле встают дыбом и по всему телу пробегает дрожь — так у них непроизвольно проявляются различные признаки экстатического транса.
В «Бхакти-расамрита-синдху» говорится, что, когда Господь Кришна подул в Свою раковину Панчаджанью, многие великие мудрецы, жившие в горных пещерах, очнулись, выйдя из медитативного транса, и заметили, что волосы у них на теле стоят дыбом. Иногда преданные, находящиеся в шанта-расе, цепенеют, бывает, что их охватывает ликование или стремление рассуждать, они могут быть невозмутимыми, осмотрительными, задумчивыми, беспокойными и проворными. Эти признаки свидетельствуют о постоянном экстазе, то есть об устойчивых чувствах.
Один великий мудрец, осознавшая себя душа, сокрушался, что упустил случай увидеть Кришну, когда Тот жил в Двараке. Эта мысль заставила мудреца замереть в оцепенении. Он понял, что жизнь его прошла напрасно. Иначе говоря, он сожалел, что из-за своей медитации лишился возможности увидеться с Самой Верховной Личностью Бога.
О мистике, поднявшемся над умозрительным философствованием и утвердившемся в Брахма́не, говорят, что он находится в трансе и свободен от влияния материальных представлений о жизни. Когда такой мистик слушает повествования об играх Господа, по его телу иногда пробегает дрожь.
Когда осознавший Брахма́н преданный, достигший уровня устойчивого транса, непосредственно созерцает вечный образ Кришны, его трансцендентное блаженство возрастает в миллион раз. Один великий мудрец спросил другого: «Друг мой, как ты думаешь, если я достигну совершенства в восьмиступенчатой йоге, смогу ли я увидеть вечный образ Верховной Личности Бога?». Этот вопрос — пример проявления любознательности, присущей преданным на нейтральной стадии преданного служения.
Когда, по случаю солнечного затмения, на Курукшетре появились восседавшие на колеснице Господь Кришна, Его старший брат Баларама и сестра Субхадра, туда же прибыли и многие йоги-мистики. Увидев Господа Кришну и Балараму, йоги-мистики воскликнули, что изумительное сияние, исходящее от тела Господа, заставило их почти забыть о наслаждении, которое они черпали в осознании безличного Брахма́на. Один из этих мистиков, приблизившись к Кришне, сказал: «О Господи, Ты всегда исполнен трансцендентного блаженства, недоступного ни на каких иных уровнях духовного осознания, поэтому мне было достаточно издали увидеть Тебя, чтобы понять всю бессмысленность пребывания в трансцендентном блаженстве безличного Брахма́на».
Когда звуки Панчаджаньи, раковины Кришны, вывели из медитативного транса некоего великого мистика, он был так потрясен, что стал биться головой о землю. Глаза его наполнились слезами экстатической любви, и он отступил от всех правил и предписаний своей йоги. Так, ни минуты не колеблясь, он отказался от практики осознания Брахма́на.
В «Кришна-карнамрите» Билвамангала Тхакур говорит: «Пусть имперсоналисты занимаются познанием трансцендентного, поклоняясь безличному Брахма́ну. Когда-то я тоже шел этим путем, но меня увел с него юный проказник, лукавый и очень привязанный к гопи, сделав меня Своей служанкой, так что теперь я забыл о пути осознания Брахма́на».
Билвамангала Тхакур получил духовное посвящение в школе имперсоналистов и стремился познать безличный аспект Абсолютной Истины, но позже, повстречав во Вриндаване Кришну, стал возвышенным преданным. То же случилось с Шукадевой Госвами, который по милости Господа обратился к преданному служению, оставив путь осознания безличного Абсолюта.
Шукадева Госвами и Билвамангала Тхакур, отказавшиеся от безличностной концепции Абсолютной Истины и посвятившие себя преданному служению, — лучшие примеры преданных в шанта-расе. По мнению некоторых авторитетов, это состояние не входит в число трансцендентных вкусов, рас, но Шрила Рупа Госвами говорит, что даже если это и так, то нужно все же признать, что оно знаменует начало преданного служения. Однако если человек так и не достигает уровня настоящего служения Господу, нельзя считать, что он достиг уровня трансцендентной расы. Здесь можно сослаться на наставления, данные Уддхаве Самим Господом Кришной в Одиннадцатой песни «Шримад-Бхагаватам»: «О том, кто сосредоточен на Моем личностном образе, говорят, что он находится в шанта-расе, и пока человек не достигнет этого уровня, не может быть и речи о том, чтобы обрести чистое преданное служение Мне». Иначе говоря, не достигнув по крайней мере уровня шанта-расы, никто не может вступить в личное общение с Верховной Личностью Бога.
Neutral Love of God
Srila Rupa Goswami offers his respectful prayers to the eternal Supreme Personality of Godhead, who is always so beautiful and for whom the pure devotees are always engaged in loving transcendental service. This third division of Bhakti-rasāmṛta-sindhu describes the five primary kinds of devotional service-namely, neutrality, servitude, fraternity, parenthood and conjugal love. These five items will be very elaborately explained here, and thus they have been figuratively described as the five waves on the western side of this ocean of nectar of devotion.
When one is actually able to maintain the transcendental position, his stage is called neutrality in devotional service. Some great sages have attained this neutral position by practicing austerity, penance and meditation to control the senses. Such sages are generally called mystic yogīs, and in most cases they are inclined to appreciate the spiritual pleasure of the impersonal feature of the absolute truth. They are practically unaware of the transcendental pleasure derived from personal contact with the Supreme Godhead.
Actually the transcendental pleasure derived in association with the Supreme Person is far greater than the pleasure derived from impersonal Brahman realization, because of the direct meeting with the eternal form of the Lord. Impersonalists do not directly derive the transcendental pleasure of association with the Lord by hearing of His pastimes. As such, the impersonalists cannot derive any relishable transcendental pleasure from the topics of the Bhagavad-gītā, in which the Lord is personally talking with Arjuna. The basic principle of their impersonal attitude does not allow them the transcendental pleasure which is relished by a devotee whose basic principle of understanding is the Supreme Person. The impersonalistic commentary on the Bhagavad-gītā is therefore disastrous because, without understanding the transcendental pleasure of the Gītā, the impersonalist wants to interpret it in his own way. If an impersonalist can, however, come in contact with a pure devotee, his transcendental position can be changed for greater elevation. Great sages are therefore recommended to worship the form of the Lord in order to achieve that highest transcendental pleasure.
Without worshiping the arcā-vigraha, the form or Deity of the Lord, one cannot understand such literature as the Bhagavad-gītā and Śrīmad-Bhāgavatam. For those great sages situated in the position of transcendental neutrality, the beginning should be to take shelter of Lord Viṣṇu, the four-handed eternal form of the Supreme Personality of Godhead. The mystic yogīs are therefore advised to meditate on the form of Lord Viṣṇu, as recommended by Kapila Muni in the sāṅkhya yoga system. Unfortunately, many mystic yogīs try to meditate on something void, and as stated in the Gītā, the result is that they simply undergo trouble and do not achieve any tangible result.
When some great saintly persons who had undergone penances and austerities saw the four-handed transcendental form of Viṣṇu, they began to remark as follows: "This four-handed form of the Lord, manifested in a bluish color, is the reservoir of all pleasure and the center of our living force. Actually, when we see this eternal form of Viṣṇu, we, along with many other paramahaṁsas, become immediately captivated by the beauty of the Lord." This appreciation of Lord Viṣṇu by saintly persons is an instance of situation in śānta-rasa, or the neutral stage of devotional service. In the beginning, those who are aspiring for salvation try to get out of the material entanglement by performing painful austerities and penances, and ultimately they come to the impersonal status of spiritual realization. At this brahma-bhūta [SB 4.30.20] stage of liberation from the material entanglement, the symptoms, as explained in the Bhagavad-gītā, are that one becomes joyous beyond any hankering or lamentation and gains a universal vision. When the devotee is situated in the śānta-rasa, or neutral stage of devotional service, he appreciates the Viṣṇu form of the Lord.
Actually, all Vedic culture is aiming at understanding Lord Viṣṇu. In the Ṛg Veda one mantra says that any advanced saintly person is always aspiring to be fixed in meditation upon the lotus feet of Viṣṇu.
In the Śrīmad-Bhāgavatam it is said that the foolish do not know that Viṣṇu is the ultimate goal of life. According to the conclusion of all authoritative Vedic scriptures, when a person comes to the stage of appreciating Viṣṇu, he is at the beginning of devotional service. If one cultivates devotional service further and further, under proper guidance, other features of devotional service will gradually become manifest. At this stage of śānta-rasa, one can see Lord Viṣṇu, the Supreme Personality of Godhead, the deliverer of even the demons. The Lord is appreciated by such would-be devotees as the eternal transcendental form, the chief of all self-realized souls, the supersoul, the supreme Brahman, completely pacified, completely controlled and pure, merciful to the devotees and untouched by any material condition. This appreciation of Lord Viṣṇu in awe and veneration by the saintly is to be understood as the sign that they are situated in the śānta-rasa, or neutral stage of devotional service.
This stage of śānta-rasa can be attained by the impersonalists only when they are in association with pure devotees. Otherwise it is not possible. After Brahman realization, when a liberated soul comes in contact with a pure devotee of Lord Kṛṣṇa and submissively accepts the teachings of Lord Kṛṣṇa without misinterpretation, he becomes situated in this neutral stage of devotional service. The best example of saintly persons situated in the śānta-rasa are Sanaka, Sanātana, Sananda, and Sanat-kumāra, the Kumāra brothers. These four saintly persons (known as Catuḥsana) were sons of Lord Brahmā. After their birth, when they were ordered by their father to become householders and increase human society, they refused the order. They said that they had already decided not to become entangled with family life; they would rather live as saintly brahmacārīs for their own perfection. So these great saints have been living for millions of years now, but still they appear to be just like boys of four or five years. Their complexions are very fair, there is an effulgence in their bodies, and they always travel naked. These four saintly persons almost always remain together.
In one of the prayers of the Kumāra brothers, the declaration is made: "O Lord Mukunda [Kṛṣṇa, the giver of liberation], only so long as one does not happen to see Your eternal form of bliss and knowledge, appearing just like a newly-grown tāmala tree, with a bluish hue-only for so long can the impersonal feature of the absolute truth, known as Brahman, be very pleasing to a saintly person."
The qualifications of a saintly person are described in the Bhakti-rasāmṛta-sindhu as follows: A saintly person is one who understands fully that simply by discharging devotional service he can become confident of liberation. He is always situated in the regulative principles of devotional life and at the same time aspires to be liberated from material entanglement.
A saintly person thinks like this: "When shall I be able to live alone in the caves of the mountains? When shall I be dressed simply with undergarments? When shall I be satisfied by eating simply a little fruit and vegetables? When will it be possible for me to think always of the lotus feet of Mukunda, who is the source of the Brahman effulgence? When, in such a spiritual condition of life, shall I fully understand my days and nights to be insignificant moments in eternal time?"
The devotees and self-realized persons who are engaged in preaching the glories of the Lord always maintain an ecstatic love for the Lord within their hearts. Thus they are benefited by the rays of the ecstatic moon, and they are called saintly persons.
The impulse of a saintly person is to be engaged in the study of the Vedas, especially the Upaniṣadic portions, to always live in a place where there is no disturbance from the common people, to always think of the eternal form of Kṛṣṇa, to be ready to consider and understand the absolute truth, to always be prominent in exhibiting knowledge, to see the Supreme Lord in His universal form (viśva-rūpa), to associate always with learned devotees and to discuss the conclusion of the Vedas with similarly elevated persons. All of these qualifications of a saintly person serve to raise him to the status of śānta-rasa.
In the Bhakti-rasāmṛta-sindhu it is stated that all those who attended the pious meeting held by Lord Brahmā for the study of Vedic literature like the Upaniṣads became overwhelmed with ecstatic love for Kṛṣṇa, the chief of the Yadu dynasty. Actually, the result of studying the Upaniṣads is to understand the Supreme Personality of Godhead. Negation of material existence is only one of the subjects of the Upaniṣads. The next subject concerns becoming situated in the impersonal realization. And then, after penetrating through the impersonal Brahman, when one comes to the platform of associating with the Supreme Personality of Godhead, one reaches the ultimate goal in studying the Upaniṣads.
Those who are situated on the platform of śānta-rasa get their impetus for advancement in devotional service by smelling the tulasī offered at the lotus feet of the Lord, by hearing the sound of His conchshell, by seeing a sanctified place in some mountain or hill, by observing a forest like the ones in Vṛndāvana, by going to a place of pilgrimage, by visiting the course of the Ganges River, by being victorious over the dictations of bodily demands (i.e., eating, sleeping, mating and defending), by understanding the devastation of eternal time, and by constantly associating with devotees engaged in Kṛṣṇa consciousness. All these different items are favorable in elevating saintly persons situated in śānta-rasa to the advanced stage of devotional service.
In the Third Canto, 15th Chapter, 43rd verse of Śrīmad-Bhāgavatam, there is a statement by the four saintly persons known as Catuḥsana, headed by Sanaka-kumāra. They went to visit the Lord of Vaikuṇṭha-loka in the spiritual sky, and when they bowed down before the Lord, the aroma of the tulasī, mixed with saffron, entered their nostrils and immediately attracted their minds. Although these four saintly persons were always absorbed in the thought of impersonal Brahman, from association with the Lord and from smelling the tulasī leaves, the hairs on their bodies immediately stood up. This shows that even a person who is situated in Brahman realization, if he is put into association with devotees in pure devotional service, will immediately become attracted to the personal feature of the Lord.
There are certain symptoms of great sages who are situated in śānta-rasa devotional service, and these symptoms are exhibited as follows: they concentrate their eyesight on the tip of the nose, and they behave just like an avadhūta. Avadhūta means a highly elevated mystic who does not care for any social, religious or Vedic conventions. Another symptom is that such persons are very careful to step forward when giving speeches. When they speak, they join together the forefinger and thumb. (This is called the jñāna-mudrā position.) They are not against the atheists, nor are they particularly inclined to the devotees. Such persons give stress to liberation and detachment from the materialistic way of life. They are always neutral and have no affection for nor misidentification with anything material. They are always grave, but fully absorbed in thoughts of the Supreme Personality of Godhead. These uncommon features develop in devotees who are situated in śānta-rasa.
Regarding concentration of the eyesight on the tip of the nose, there is a statement in the Bhakti-rasāmṛta-sindhu by a devotee who observed this being performed by a yogī. He remarked, "This great sage is concentrating his eyesight on the tip of his nose, and from this it appears that he has already realized the eternal form of the Lord within himself."
Sometimes a devotee in śānta-rasa yawns, stretches his limbs, instructs on devotional service, offers respectful obeisances unto the form of the Lord, offers nice prayers to the Lord and has a desire to give direct service with his body. These are some of the common symptoms of the devotee who is situated in neutrality. One devotee, after observing the yawning of another devotee, addressed him thus: "My dear mystic, I think that within your heart there is some ecstatic devotional love which is causing you to yawn." It is sometimes found that a devotee in the śānta-rasa falls down on the ground, his hairs stand up on his body, and he trembles all over. In this way, different symptoms of ecstatic trance are exhibited automatically by such devotees.
In the Bhakti-rasāmṛta-sindhu it is said that when Lord Kṛṣṇa was blowing His conchshell known as Pāñcajanya, many great sages who were living in the caves of the mountains immediately reacted, being awakened from their trance of meditation. They immediately saw that the hairs of their bodies were standing. Sometimes devotees in śānta-rasa become stunned, peaceful, jubilant, deliberate, reflective, anxious, dexterous and argumentative. These symptoms indicate continuous ecstasy, or established emotion.
Once a great realized sage was lamenting that the Supreme Lord Kṛṣṇa was living in Dvārakā but that he was unable to take advantage of seeing Him. After thinking this, the sage immediately became stunned. He was thinking that he was simply wasting his time. In other words, the sage lamented because the Supreme Personality of Godhead was personally present, and he still could not take advantage of this because of his meditation.
When a mystic is transcendental to all kinds of mental concoctions and is situated in Brahman, his state is called trance beyond the influence of the material conception of life. In that stage, when one hears about the transcendental pastimes of the Lord, there may be shivering in the body.
When a Brahman-realized devotee who has come to the stage of steady trance comes into contact with the eternal form of Kṛṣṇa, his transcendental pleasure increases millions of times. One great sage once inquired from another, "My dear friend, do you think that after I perfect the eightfold yoga performance I shall be able to see the eternal form of the Supreme Personality of Godhead?" This enquiry from the sage is an instance of inquisitiveness in a devotee situated in the neutral stage of devotional service.
When Lord Kṛṣṇa, along with His elder brother Balarāma and sister Subhadrā, came to Kurukṣetra in a chariot on the occasion of a solar eclipse, many mystic yogīs also came. When these mystic yogīs saw Lord Kṛṣṇa and Balarāma, they exclaimed that now that they had seen the excellent bodily effulgence of the Lord, they had almost forgotten the pleasure derived from impersonal Brahman realization. In this connection one of the mystics approached Kṛṣṇa and said, "My dear Lord, You are always full with transcendental bliss, excelling all other spiritual positions. And so, simply by seeing You from a distant place, I have come to the conclusion that there is no need of my being situated in the transcendental bliss of impersonal Brahman."
When a great mystic was once awakened from his meditative trance by hearing the vibration of Kṛṣṇa's Pāñcajanya conchshell, the mystic became overpowered. So much so, in fact, that he began to bash his head on the ground, and with eyes full of tears of ecstatic love, he violated all the rules and regulations of his yoga performances. Thus he at once neglected the process of Brahman realization.
Bilvamaṅgala Thākur, in his book Kṛṣṇa-karṇāmṛta, says, "Let the impersonalists be engaged in the process of transcendental realization by worshiping the impersonal Brahman. Although I was also initiated into that path of Brahman realization, I have now become misled by a naughty boy-one who is very cunning, who is very much attached to the gopīs and who has made me His maidservant. So I have now forgotten the process of Brahman realization."
Bilvamaṅgala Thākur was first spiritually initiated for impersonal realization of the absolute truth, but later on, by his association with Kṛṣṇa in Vṛndāvana, he became an experienced devotee. The same thing happened to Śukadeva Gosvāmī, who also reformed himself by the grace of the Lord and took to the path of devotional service, giving up the way of impersonal realization.
Śukadeva Gosvāmī and Bilvamaṅgala Thākur's giving up of the impersonal conception of the absolute truth and taking to devotional service are the best examples of devotees being situated in the neutral state. According to some authorities, this condition cannot be accepted as one of the transcendental humors, or rasas, but Śrīla Rūpa Gosvāmī says that even if one does not accept it as a transcendental humor, one must still accept it as the beginning position of devotional service. However, if one is not further raised to the platform of actual service to the Lord, he is not considered to be on the platform of transcendental mellow. In this connection, in the Eleventh Canto of Śrīmad-Bhāgavatam, Lord Kṛṣṇa personally instructs Uddhava like this: "The state of being established in My personal form is called śānta-rasa, and without being situated in this position, no one can advance to actual pure devotional service." In other words, no one can be situated in the personal feature of the Supreme Personality of Godhead without being situated at least in śānta-rasa.
НП Гл. 35 Нейтральная любовь к Богу
Neutral Love of God
Шри Рупа Госвами возносит почтительные молитвы вечной Верховной Личности Бога, Тому, кто неизменно прекрасен и Кому всегда с трансцендентной любовью служат чистые преданные. Третья часть «Бхакти-расамрита-синдху» посвящена описанию 5 первичных видов преданного служения: служению в нейтральных отношениях, в отношениях слуги и господина, в дружеских отношениях, в родительской и супружеской любви. Эти 5 форм отношений с Господом подробно рассмотрены здесь, поэтому образно их называют пятью волнами западной части океана преданности.
Srila Rupa Goswami offers his respectful prayers to the eternal Supreme Personality of Godhead, who is always so beautiful and for whom the pure devotees are always engaged in loving transcendental service. This third division of Bhakti-rasāmṛta-sindhu describes the five primary kinds of devotional service-namely, neutrality, servitude, fraternity, parenthood and conjugal love. These five items will be very elaborately explained here, and thus they have been figuratively described as the five waves on the western side of this ocean of nectar of devotion.
О том, кто действительно способен удержаться на трансцендентном уровне, говорят, что он достиг нейтральной стадии преданного служения. Некоторые великие мудрецы достигали нейтральной стадии, обуздав свои чувства с помощью аскетизма, покаяний и медитации. Таких мудрецов обычно называют йогами-мистиками, и в большинстве случаев их привлекает духовное блаженство, которое приносит осознание безличного аспекта Абсолютной Истины. Им практически незнакомо трансцендентное наслаждение личного общения с Верховным Господом.
When one is actually able to maintain the transcendental position, his stage is called neutrality in devotional service. Some great sages have attained this neutral position by practicing austerity, penance and meditation to control the senses. Such sages are generally called mystic yogīs, and in most cases they are inclined to appreciate the spiritual pleasure of the impersonal feature of the absolute truth. They are practically unaware of the transcendental pleasure derived from personal contact with the Supreme Godhead.
На самом деле трансцендентное наслаждение общения с Верховной Личностью намного превосходит блаженство осознания безличного Брахма́на, так как при этом человек непосредственно связан с Господом в Его вечной форме. Слушание повествований об играх Господа само по себе не приносит имперсоналистам трансцендентного блаженства общения с Ним, поэтому вопросы, обсуждаемые в «Бхагавад-гите», где Сам Господь беседует с Арджуной, не доставляют имперсоналистам трансцендентного наслаждения. Их отношение к Господу основано на безличностной концепции, что лишает их возможности познать трансцендентное наслаждение, доступное преданным, в основе представлений которых лежит концепция Верховной Личности. Поэтому комментарии имперсоналистов к «Бхагавад-гите» вредны: не поняв трансцендентного блаженства, заключенного в «Гите», они хотят трактовать ее по-своему. Однако если имперсоналист общается с чистым преданным, он получает возможность занять более высокое трансцендентное положение. Поэтому, чтобы великие мудрецы могли познать высочайшее трансцендентное наслаждение, им рекомендуют поклоняться образу Господа в храме.
Actually the transcendental pleasure derived in association with the Supreme Person is far greater than the pleasure derived from impersonal Brahman realization, because of the direct meeting with the eternal form of the Lord. Impersonalists do not directly derive the transcendental pleasure of association with the Lord by hearing of His pastimes. As such, the impersonalists cannot derive any relishable transcendental pleasure from the topics of the Bhagavad-gītā, in which the Lord is personally talking with Arjuna. The basic principle of their impersonal attitude does not allow them the transcendental pleasure which is relished by a devotee whose basic principle of understanding is the Supreme Person. The impersonalistic commentary on the Bhagavad-gītā is therefore disastrous because, without understanding the transcendental pleasure of the Gītā, the impersonalist wants to interpret it in his own way. If an impersonalist can, however, come in contact with a pure devotee, his transcendental position can be changed for greater elevation. Great sages are therefore recommended to worship the form of the Lord in order to achieve that highest transcendental pleasure.
Не поклоняясь арча-виграхе, то есть мурти (образу) Господа, невозможно понять такие писания, как «Бхагавад-гита» и «Шримад-Бхагаватам». Для начала мудрецам, занимающим позицию трансцендентного нейтралитета, следует принять покровительство Господа Вишну, четырехрукой вечной формы Верховной Личности Бога. Поэтому йогам-мистикам рекомендуют медитировать на образ Господа Вишну, последовав совету Капилы Муни, разработавшего систему санкхья-йоги. К сожалению, многие йоги-мистики пытаются медитировать на пустоту, что, по словам «Гиты», очень трудно и не может принести никаких ощутимых результатов.
Without worshiping the arcā-vigraha, the form or Deity of the Lord, one cannot understand such literature as the Bhagavad-gītā and Śrīmad-Bhāgavatam. For those great sages situated in the position of transcendental neutrality, the beginning should be to take shelter of Lord Viṣṇu, the four-handed eternal form of the Supreme Personality of Godhead. The mystic yogīs are therefore advised to meditate on the form of Lord Viṣṇu, as recommended by Kapila Muni in the sāṅkhya yoga system. Unfortunately, many mystic yogīs try to meditate on something void, and as stated in the Gītā, the result is that they simply undergo trouble and do not achieve any tangible result.
Пройдя через аскезы и покаяния и получив возможность лицезреть четырехрукий трансцендентный образ Вишну, великие святые сказали: «Эта четырехрукая форма Господа голубого оттенка — единственный источник наслаждения и средоточие нашей жизненной силы. Когда мы видим этот вечный образ Вишну, нас, как и многих других парамахамс, мгновенно пленяет красота Господа». Такое отношение к Господу Вишну — пример шанта-расы, нейтральной стадии преданного служения. Стремящиеся к освобождению пытаются вырваться из материального рабства с помощью аскез и суровых покаяний. В конечном счете они постигают безличный аспект трансцендентного. В соответствии с «Бхагавад-гитой», признаком освобождения от материальных пут на стадии брахма-бхута является то, что человек избавляется от всех желаний и сожалений и таким образом становится радостным и обретает виџдение единой основы всего сущего. На уровне шанта-расы, нейтральной стадии преданного служения, преданный преклоняется перед Господом в Его четырехрукой форме Вишну.
When some great saintly persons who had undergone penances and austerities saw the four-handed transcendental form of Viṣṇu, they began to remark as follows: "This four-handed form of the Lord, manifested in a bluish color, is the reservoir of all pleasure and the center of our living force. Actually, when we see this eternal form of Viṣṇu, we, along with many other paramahaṁsas, become immediately captivated by the beauty of the Lord." This appreciation of Lord Viṣṇu by saintly persons is an instance of situation in śānta-rasa, or the neutral stage of devotional service. In the beginning, those who are aspiring for salvation try to get out of the material entanglement by performing painful austerities and penances, and ultimately they come to the impersonal status of spiritual realization. At this brahma-bhūta [SB 4.30.20] stage of liberation from the material entanglement, the symptoms, as explained in the Bhagavad-gītā, are that one becomes joyous beyond any hankering or lamentation and gains a universal vision. When the devotee is situated in the śānta-rasa, or neutral stage of devotional service, he appreciates the Viṣṇu form of the Lord.
Фактически вся ведическая культура направлена на постижение Господа Вишну. В одной из мантр «Риг-веды» говорится, что совершенный святой всегда стремится медитировать на лотосные стопы Вишну.
Actually, all Vedic culture is aiming at understanding Lord Viṣṇu. In the Ṛg Veda one mantra says that any advanced saintly person is always aspiring to be fixed in meditation upon the lotus feet of Viṣṇu.
В «Шримад-Бхагаватам» сказано, что только глупцы не ведают, что высшей целью жизни является Вишну. Все авторитетные ведические писания сходятся на том, что когда человек осознает величие Господа Вишну, это знаменует начало его преданного служения. И если он будет продолжать под руководством духовного учителя совершенствовать свое преданное служение, то сможет постепенно развить в себе и другие аспекты преданного служения. На стадии шанта-расы человек обретает способность созерцать Господа Вишну, Верховную Личность Бога, дарующего освобождение даже демонам. Такой кандидат в преданные осознает Господа как вечный трансцендентный образ, Того, кто возглавляет все осознавшие себя души, как Сверхдушу и верховный Брахма́н. Он также преклоняется перед Ним за Его невозмутимость, абсолютное владение Собой и чистоту, за Его доброту к преданным и за то, что Он не подвержен влиянию материальных условий. Такое благоговейное и почтительное отношение к Господу Вишну является признаком того, что святой человек находится в шанта-расе — на нейтральной стадии преданного служения.
In the Śrīmad-Bhāgavatam it is said that the foolish do not know that Viṣṇu is the ultimate goal of life. According to the conclusion of all authoritative Vedic scriptures, when a person comes to the stage of appreciating Viṣṇu, he is at the beginning of devotional service. If one cultivates devotional service further and further, under proper guidance, other features of devotional service will gradually become manifest. At this stage of śānta-rasa, one can see Lord Viṣṇu, the Supreme Personality of Godhead, the deliverer of even the demons. The Lord is appreciated by such would-be devotees as the eternal transcendental form, the chief of all self-realized souls, the supersoul, the supreme Brahman, completely pacified, completely controlled and pure, merciful to the devotees and untouched by any material condition. This appreciation of Lord Viṣṇu in awe and veneration by the saintly is to be understood as the sign that they are situated in the śānta-rasa, or neutral stage of devotional service.
Имперсоналист может достичь уровня шанта-расы, только общаясь с чистыми преданными, и никак иначе. Начав общаться с чистым преданным, смиренно внимая наставлениям Господа Кришны и не пытаясь истолковать их по-своему, освобожденная душа, осознавшая Брахма́н, может достичь нейтральной стадии преданного служения. Лучшим примером святых личностей, находящихся в шанта-расе, являются братья Кумары: Санака-кумара, Санатана-кумара, Сананда-кумара и Санат-кумара. Эти четверо святых (их еще называют чатух-санами) — сыновья Господа Брахмы. Родившись, они отказались выполнять повеление своего отца обзавестись семьями и увеличивать численность людей. Они сказали, что твердо решили не связывать себя узами семейной жизни, посвятив себя самосовершенствованию и ведя жизнь святых-брахмачари. Вот почему, прожив миллионы лет, эти великие святые по-прежнему выглядят четырех-пятилетними мальчиками. У них светлая кожа, их тела излучают сияние, и они путешествуют повсюду нагими. Эти четверо святых почти никогда не разлучаются друг с другом.
This stage of śānta-rasa can be attained by the impersonalists only when they are in association with pure devotees. Otherwise it is not possible. After Brahman realization, when a liberated soul comes in contact with a pure devotee of Lord Kṛṣṇa and submissively accepts the teachings of Lord Kṛṣṇa without misinterpretation, he becomes situated in this neutral stage of devotional service. The best example of saintly persons situated in the śānta-rasa are Sanaka, Sanātana, Sananda, and Sanat-kumāra, the Kumāra brothers. These four saintly persons (known as Catuḥsana) were sons of Lord Brahmā. After their birth, when they were ordered by their father to become householders and increase human society, they refused the order. They said that they had already decided not to become entangled with family life; they would rather live as saintly brahmacārīs for their own perfection. So these great saints have been living for millions of years now, but still they appear to be just like boys of four or five years. Their complexions are very fair, there is an effulgence in their bodies, and they always travel naked. These four saintly persons almost always remain together.
В одной из молитв братьев Кумар говорится: «Дорогой Мукунда [Кришна, дарующий освобождение], безличный аспект Абсолютной Истины, называемый Брахма́ном, может привлекать святого человека только до тех пор, пока ему не посчастливится увидеть Твой вечный образ, исполненный блаженства и знания, который своим голубым оттенком напоминает молодое дерево тамала».
In one of the prayers of the Kumāra brothers, the declaration is made: "O Lord Mukunda [Kṛṣṇa, the giver of liberation], only so long as one does not happen to see Your eternal form of bliss and knowledge, appearing just like a newly-grown tāmala tree, with a bluish hue-only for so long can the impersonal feature of the absolute truth, known as Brahman, be very pleasing to a saintly person."
«Бхакти-расамрита-синдху» так описывает качества святого человека: «Святой — это тот, кто понимает, что достаточно заниматься одним преданным служением, чтобы быть уверенным в своем освобождении. Он всегда следует предписанным правилам жизни в преданном служении, стремясь при этом освободиться из материального рабства».
The qualifications of a saintly person are described in the Bhakti-rasāmṛta-sindhu as follows: A saintly person is one who understands fully that simply by discharging devotional service he can become confident of liberation. He is always situated in the regulative principles of devotional life and at the same time aspires to be liberated from material entanglement.
Как правило, святой думает: «Когда я смогу удалиться в горную пещеру, чтобы жить там в одиночестве? Когда я смогу обходиться одной набедренной повязкой? Когда мне будет достаточно лишь небольшого количества фруктов и овощей? Когда, наконец, я смогу постоянно думать о лотосных стопах Мукунды — источника сияния Брахма́на? Достигну ли я когда-нибудь такого уровня духовного развития, когда полностью осознаю всю мимолетность моих дней и ночей в сравнении с вечностью?».
A saintly person thinks like this: "When shall I be able to live alone in the caves of the mountains? When shall I be dressed simply with undergarments? When shall I be satisfied by eating simply a little fruit and vegetables? When will it be possible for me to think always of the lotus feet of Mukunda, who is the source of the Brahman effulgence? When, in such a spiritual condition of life, shall I fully understand my days and nights to be insignificant moments in eternal time?"
Преданные и осознавшие себя души, проповедующие славу Господа, всегда хранят в своем сердце экстатическую любовь к Господу, и потому купаются в лучах луны экстаза. Таких людей называют святыми.
The devotees and self-realized persons who are engaged in preaching the glories of the Lord always maintain an ecstatic love for the Lord within their hearts. Thus they are benefited by the rays of the ecstatic moon, and they are called saintly persons.
Святым человеком движет желание изучать ведическую литературу, особенно Упанишады, всегда жить вдали от мирской суеты, постоянно размышлять о вечном образе Кришны, быть готовым обсуждать все, что связано с Абсолютной Истиной, всегда блистать своими знаниями, видеть Верховного Господа в Его вселенской форме (вишва-рупе), постоянно общаться со знающими преданными и обсуждать с такими же возвышенными, как они сами личностями, положения Вед. Все эти качества и склонности святого человека помогают ему достичь уровня шанта-расы.
The impulse of a saintly person is to be engaged in the study of the Vedas, especially the Upaniṣadic portions, to always live in a place where there is no disturbance from the common people, to always think of the eternal form of Kṛṣṇa, to be ready to consider and understand the absolute truth, to always be prominent in exhibiting knowledge, to see the Supreme Lord in His universal form (viśva-rūpa), to associate always with learned devotees and to discuss the conclusion of the Vedas with similarly elevated persons. All of these qualifications of a saintly person serve to raise him to the status of śānta-rasa.
В «Бхакти-расамрита-синдху» говорится, что все присутствовавшие на религиозном собрании, где Господь Брахма учил Ведам, в частности Упанишадам, исполнились экстатической любви к Кришне, главе династии Яду. По сути дела, целью изучения Упанишад является осознание Верховной Личности Бога. Отрицание материального существования — только одна из тем, рассматриваемых в Упанишадах. Следующим шагом должно стать осознание безличного аспекта Абсолютной Истины. Только после этого, миновав уровень безличного Брахма́на и поднявшись до уровня общения с Верховной Личностью Бога, человек достигает конечной цели изучения Упанишад.
In the Bhakti-rasāmṛta-sindhu it is stated that all those who attended the pious meeting held by Lord Brahmā for the study of Vedic literature like the Upaniṣads became overwhelmed with ecstatic love for Kṛṣṇa, the chief of the Yadu dynasty. Actually, the result of studying the Upaniṣads is to understand the Supreme Personality of Godhead. Negation of material existence is only one of the subjects of the Upaniṣads. The next subject concerns becoming situated in the impersonal realization. And then, after penetrating through the impersonal Brahman, when one comes to the platform of associating with the Supreme Personality of Godhead, one reaches the ultimate goal in studying the Upaniṣads.
Тех, кто находится на уровне шанта-расы, к дальнейшему совершенствованию в преданном служении побуждают аромат листьев Туласи, предложенных лотосным стопам Господа, звуки Его раковины, вид святого места где-то в горах или созерцание леса, к примеру, одного из лесов Вринда вана, паломничество по святым местам, посещение мест, по которым протекает Ганга, победа над потребностями тела (едой, сном, совокуплением и самозащитой), осознание разрушительной силы вечного времени и постоянное общение с теми, кто занят преданным служением в сознании Кришны. Все это способствует возвышению святого человека с уровня шанта-расы до более высокого уровня в преданном служении.
Those who are situated on the platform of śānta-rasa get their impetus for advancement in devotional service by smelling the tulasī offered at the lotus feet of the Lord, by hearing the sound of His conchshell, by seeing a sanctified place in some mountain or hill, by observing a forest like the ones in Vṛndāvana, by going to a place of pilgrimage, by visiting the course of the Ganges River, by being victorious over the dictations of bodily demands (i.e., eating, sleeping, mating and defending), by understanding the devastation of eternal time, and by constantly associating with devotees engaged in Kṛṣṇa consciousness. All these different items are favorable in elevating saintly persons situated in śānta-rasa to the advanced stage of devotional service.
В «Шримад-Бхагаватам» (3.15.43) говорится о четырех святых (чатух-санах), возглавляемых Санака-кумарой. Они прибыли на Вайкунтхалоку, расположенную в духовном небе, чтобы увидеть Господа. Когда они припали к Его стопам, их ноздрей достиг аромат листьев Туласи и шафрана, мгновенно завладевший их сознанием. Хотя эти четверо святых всегда были поглощены размышлениями о безличном Брахма́не, близость Господа и аромат листьев Туласи заставили волосы на их теле подняться дыбом. Таким образом, даже тот, кто достиг уровня осознания Брахма́на, начав общаться с преданными и занявшись преданным служением, может сразу ощутить привлекательность личного аспекта Господа.
In the Third Canto, 15th Chapter, 43rd verse of Śrīmad-Bhāgavatam, there is a statement by the four saintly persons known as Catuḥsana, headed by Sanaka-kumāra. They went to visit the Lord of Vaikuṇṭha-loka in the spiritual sky, and when they bowed down before the Lord, the aroma of the tulasī, mixed with saffron, entered their nostrils and immediately attracted their minds. Although these four saintly persons were always absorbed in the thought of impersonal Brahman, from association with the Lord and from smelling the tulasī leaves, the hairs on their bodies immediately stood up. This shows that even a person who is situated in Brahman realization, if he is put into association with devotees in pure devotional service, will immediately become attracted to the personal feature of the Lord.
Великих мудрецов, достигших в преданном служении уровня шанта-расы, отличают следующие признаки. Их взгляд сосредоточен на кончике носа, и ведут они себя как авадхуты. Авадхутами называют великих мистиков, игнорирующих социальные, религиозные и ведические условности. Другими признаками таких людей является то, что, ораторствуя, они всегда хотят выделиться из толпы, а говоря что-либо, соединяют большой и указательный пальцы (это называется гьяна-мудрой). Они ничего не имеют против атеистов, так же как и не выказывают особого расположения к преданным. Основное внимание они уделяют достижению освобождения и непривязанности к материальному образу жизни. Они всегда бесстрастны, ни к чему не привязаны и не отождествляют себя ни с чем материальным. Они неизменно серьезны и полностью поглощены размышлениями о Верховной Личности Бога. Все эти редкие качества развиваются у преданных, находящихся в шанта-расе.
There are certain symptoms of great sages who are situated in śānta-rasa devotional service, and these symptoms are exhibited as follows: they concentrate their eyesight on the tip of the nose, and they behave just like an avadhūta. Avadhūta means a highly elevated mystic who does not care for any social, religious or Vedic conventions. Another symptom is that such persons are very careful to step forward when giving speeches. When they speak, they join together the forefinger and thumb. (This is called the jñāna-mudrā position.) They are not against the atheists, nor are they particularly inclined to the devotees. Such persons give stress to liberation and detachment from the materialistic way of life. They are always neutral and have no affection for nor misidentification with anything material. They are always grave, but fully absorbed in thoughts of the Supreme Personality of Godhead. These uncommon features develop in devotees who are situated in śānta-rasa.
Что касается концентрации взгляда на кончике носа, то можно привести цитируемое в «Бхакти-расамрита-синдху» высказывание одного преданного, который заметил, как этим занимается некий йог. Он сказал: «Взгляд этого великого мудреца был сосредоточен на кончике носа. Это свидетельствовало о том, что он уже осознал вечный образ Господа, пребывающий в нем».
Regarding concentration of the eyesight on the tip of the nose, there is a statement in the Bhakti-rasāmṛta-sindhu by a devotee who observed this being performed by a yogī. He remarked, "This great sage is concentrating his eyesight on the tip of his nose, and from this it appears that he has already realized the eternal form of the Lord within himself."
Иногда можно видеть, как преданный, находящийся в шанта-расе, зевает, потягивается, наставляет других в преданном служении, в почтении склоняется перед образом Господа, возносит искренние молитвы и хочет физически служить Господу. Таковы некоторые общие признаки преданных в нейтральной расе. Заметив, как один из преданных зевает, другой обратился к нему с такими словами: «О мистик, я полагаю, что в твоем сердце до некоторой степени развились экстатическая любовь и преданность, заставляющие тебя зевать». Иногда преданный в шанта-расе падает наземь, волосы на его теле встают дыбом и по всему телу пробегает дрожь — так у них непроизвольно проявляются различные признаки экстатического транса.
Sometimes a devotee in śānta-rasa yawns, stretches his limbs, instructs on devotional service, offers respectful obeisances unto the form of the Lord, offers nice prayers to the Lord and has a desire to give direct service with his body. These are some of the common symptoms of the devotee who is situated in neutrality. One devotee, after observing the yawning of another devotee, addressed him thus: "My dear mystic, I think that within your heart there is some ecstatic devotional love which is causing you to yawn." It is sometimes found that a devotee in the śānta-rasa falls down on the ground, his hairs stand up on his body, and he trembles all over. In this way, different symptoms of ecstatic trance are exhibited automatically by such devotees.
В «Бхакти-расамрита-синдху» говорится, что, когда Господь Кришна подул в Свою раковину Панчаджанью, многие великие мудрецы, жившие в горных пещерах, очнулись, выйдя из медитативного транса, и заметили, что волосы у них на теле стоят дыбом. Иногда преданные, находящиеся в шанта-расе, цепенеют, бывает, что их охватывает ликование или стремление рассуждать, они могут быть невозмутимыми, осмотрительными, задумчивыми, беспокойными и проворными. Эти признаки свидетельствуют о постоянном экстазе, то есть об устойчивых чувствах.
In the Bhakti-rasāmṛta-sindhu it is said that when Lord Kṛṣṇa was blowing His conchshell known as Pāñcajanya, many great sages who were living in the caves of the mountains immediately reacted, being awakened from their trance of meditation. They immediately saw that the hairs of their bodies were standing. Sometimes devotees in śānta-rasa become stunned, peaceful, jubilant, deliberate, reflective, anxious, dexterous and argumentative. These symptoms indicate continuous ecstasy, or established emotion.
Один великий мудрец, осознавшая себя душа, сокрушался, что упустил случай увидеть Кришну, когда Тот жил в Двараке. Эта мысль заставила мудреца замереть в оцепенении. Он понял, что жизнь его прошла напрасно. Иначе говоря, он сожалел, что из-за своей медитации лишился возможности увидеться с Самой Верховной Личностью Бога.
Once a great realized sage was lamenting that the Supreme Lord Kṛṣṇa was living in Dvārakā but that he was unable to take advantage of seeing Him. After thinking this, the sage immediately became stunned. He was thinking that he was simply wasting his time. In other words, the sage lamented because the Supreme Personality of Godhead was personally present, and he still could not take advantage of this because of his meditation.
О мистике, поднявшемся над умозрительным философствованием и утвердившемся в Брахма́не, говорят, что он находится в трансе и свободен от влияния материальных представлений о жизни. Когда такой мистик слушает повествования об играх Господа, по его телу иногда пробегает дрожь.
When a mystic is transcendental to all kinds of mental concoctions and is situated in Brahman, his state is called trance beyond the influence of the material conception of life. In that stage, when one hears about the transcendental pastimes of the Lord, there may be shivering in the body.
Когда осознавший Брахма́н преданный, достигший уровня устойчивого транса, непосредственно созерцает вечный образ Кришны, его трансцендентное блаженство возрастает в миллион раз. Один великий мудрец спросил другого: «Друг мой, как ты думаешь, если я достигну совершенства в восьмиступенчатой йоге, смогу ли я увидеть вечный образ Верховной Личности Бога?». Этот вопрос — пример проявления любознательности, присущей преданным на нейтральной стадии преданного служения.
When a Brahman-realized devotee who has come to the stage of steady trance comes into contact with the eternal form of Kṛṣṇa, his transcendental pleasure increases millions of times. One great sage once inquired from another, "My dear friend, do you think that after I perfect the eightfold yoga performance I shall be able to see the eternal form of the Supreme Personality of Godhead?" This enquiry from the sage is an instance of inquisitiveness in a devotee situated in the neutral stage of devotional service.
Когда, по случаю солнечного затмения, на Курукшетре появились восседавшие на колеснице Господь Кришна, Его старший брат Баларама и сестра Субхадра, туда же прибыли и многие йоги-мистики. Увидев Господа Кришну и Балараму, йоги-мистики воскликнули, что изумительное сияние, исходящее от тела Господа, заставило их почти забыть о наслаждении, которое они черпали в осознании безличного Брахма́на. Один из этих мистиков, приблизившись к Кришне, сказал: «О Господи, Ты всегда исполнен трансцендентного блаженства, недоступного ни на каких иных уровнях духовного осознания, поэтому мне было достаточно издали увидеть Тебя, чтобы понять всю бессмысленность пребывания в трансцендентном блаженстве безличного Брахма́на».
When Lord Kṛṣṇa, along with His elder brother Balarāma and sister Subhadrā, came to Kurukṣetra in a chariot on the occasion of a solar eclipse, many mystic yogīs also came. When these mystic yogīs saw Lord Kṛṣṇa and Balarāma, they exclaimed that now that they had seen the excellent bodily effulgence of the Lord, they had almost forgotten the pleasure derived from impersonal Brahman realization. In this connection one of the mystics approached Kṛṣṇa and said, "My dear Lord, You are always full with transcendental bliss, excelling all other spiritual positions. And so, simply by seeing You from a distant place, I have come to the conclusion that there is no need of my being situated in the transcendental bliss of impersonal Brahman."
Когда звуки Панчаджаньи, раковины Кришны, вывели из медитативного транса некоего великого мистика, он был так потрясен, что стал биться головой о землю. Глаза его наполнились слезами экстатической любви, и он отступил от всех правил и предписаний своей йоги. Так, ни минуты не колеблясь, он отказался от практики осознания Брахма́на.
When a great mystic was once awakened from his meditative trance by hearing the vibration of Kṛṣṇa's Pāñcajanya conchshell, the mystic became overpowered. So much so, in fact, that he began to bash his head on the ground, and with eyes full of tears of ecstatic love, he violated all the rules and regulations of his yoga performances. Thus he at once neglected the process of Brahman realization.
В «Кришна-карнамрите» Билвамангала Тхакур говорит: «Пусть имперсоналисты занимаются познанием трансцендентного, поклоняясь безличному Брахма́ну. Когда-то я тоже шел этим путем, но меня увел с него юный проказник, лукавый и очень привязанный к гопи, сделав меня Своей служанкой, так что теперь я забыл о пути осознания Брахма́на».
Bilvamaṅgala Thākur, in his book Kṛṣṇa-karṇāmṛta, says, "Let the impersonalists be engaged in the process of transcendental realization by worshiping the impersonal Brahman. Although I was also initiated into that path of Brahman realization, I have now become misled by a naughty boy-one who is very cunning, who is very much attached to the gopīs and who has made me His maidservant. So I have now forgotten the process of Brahman realization."
Билвамангала Тхакур получил духовное посвящение в школе имперсоналистов и стремился познать безличный аспект Абсолютной Истины, но позже, повстречав во Вриндаване Кришну, стал возвышенным преданным. То же случилось с Шукадевой Госвами, который по милости Господа обратился к преданному служению, оставив путь осознания безличного Абсолюта.
Bilvamaṅgala Thākur was first spiritually initiated for impersonal realization of the absolute truth, but later on, by his association with Kṛṣṇa in Vṛndāvana, he became an experienced devotee. The same thing happened to Śukadeva Gosvāmī, who also reformed himself by the grace of the Lord and took to the path of devotional service, giving up the way of impersonal realization.
Шукадева Госвами и Билвамангала Тхакур, отказавшиеся от безличностной концепции Абсолютной Истины и посвятившие себя преданному служению, — лучшие примеры преданных в шанта-расе. По мнению некоторых авторитетов, это состояние не входит в число трансцендентных вкусов, рас, но Шрила Рупа Госвами говорит, что даже если это и так, то нужно все же признать, что оно знаменует начало преданного служения. Однако если человек так и не достигает уровня настоящего служения Господу, нельзя считать, что он достиг уровня трансцендентной расы. Здесь можно сослаться на наставления, данные Уддхаве Самим Господом Кришной в Одиннадцатой песни «Шримад-Бхагаватам»: «О том, кто сосредоточен на Моем личностном образе, говорят, что он находится в шанта-расе, и пока человек не достигнет этого уровня, не может быть и речи о том, чтобы обрести чистое преданное служение Мне». Иначе говоря, не достигнув по крайней мере уровня шанта-расы, никто не может вступить в личное общение с Верховной Личностью Бога.
Śukadeva Gosvāmī and Bilvamaṅgala Thākur's giving up of the impersonal conception of the absolute truth and taking to devotional service are the best examples of devotees being situated in the neutral state. According to some authorities, this condition cannot be accepted as one of the transcendental humors, or rasas, but Śrīla Rūpa Gosvāmī says that even if one does not accept it as a transcendental humor, one must still accept it as the beginning position of devotional service. However, if one is not further raised to the platform of actual service to the Lord, he is not considered to be on the platform of transcendental mellow. In this connection, in the Eleventh Canto of Śrīmad-Bhāgavatam, Lord Kṛṣṇa personally instructs Uddhava like this: "The state of being established in My personal form is called śānta-rasa, and without being situated in this position, no one can advance to actual pure devotional service." In other words, no one can be situated in the personal feature of the Supreme Personality of Godhead without being situated at least in śānta-rasa.