premātibhara-nirbhinna-
pulakāṅgo 'tinirvṛtaḥ
ānanda-samplave līno
nāpaśyam ubhayaṁ mune
pulakāṅgo 'tinirvṛtaḥ
ānanda-samplave līno
nāpaśyam ubhayaṁ mune
Перевод
O Vyāsadeva, at that time, being exceedingly overpowered by feelings of happiness, every part of my body became separately enlivened. Being absorbed in an ocean of ecstasy, I could not see both myself and the Lord.
Spiritual feelings of happiness and intense ecstasies have no mundane comparison. Therefore it is very difficult to give expression to such feelings. We can just have a glimpse of such ecstasy in the words of Śrī Nārada Muni. Each and every part of the body or senses has its particular function. After seeing the Lord, all the senses become fully awakened to render service unto the Lord because in the liberated state the senses are fully efficient in serving the Lord. As such, in that transcendental ecstasy it so happened that the senses became separately enlivened to serve the Lord. This being so, Nārada Muni lost himself in seeing both himself and the Lord simultaneously.
ШБ 1.6.17
ШБ 1.6.17
према̄тибхара-нирбхинна-
пулака̄н̇го ’тинирвр̣тах̣
а̄нанда-самплаве лӣно
на̄паш́йам убхайам̇ муне
пулака̄н̇го ’тинирвр̣тах̣
а̄нанда-самплаве лӣно
на̄паш́йам убхайам̇ муне
Перевод
О Вьясадева, в тот миг, когда все мое существо переполнилось ощущением счастья, все члены моего тела ожили. Погрузившись в океан экстаза, я уже больше не мог видеть ни себя, ни Господа.
Духовное счастье и глубокий духовный экстаз не имеют материальных аналогов. Поэтому выразить такие ощущения очень трудно. Со слов Нарады Муни можно получить лишь отдаленное представление о том, что человек при этом испытывает. Каждая часть тела, то есть каждое чувство, имеет свое конкретное назначение. Ощутив присутствие Господа, все чувства полностью пробуждаются для служения Ему, потому что в освобожденном состоянии чувства обретают способность безраздельно служить Господу. По существу, в таком трансцендентном экстазе все чувства по отдельности оживают, чтобы служить Ему. Когда это произошло с Нарадой Муни, в самозабвении он утратил способность видеть и себя, и Господа.
premātibhara-nirbhinna-
pulakāṅgo 'tinirvṛtaḥ
ānanda-samplave līno
nāpaśyam ubhayaṁ mune
pulakāṅgo 'tinirvṛtaḥ
ānanda-samplave līno
nāpaśyam ubhayaṁ mune
према̄тибхара-нирбхинна-
пулака̄н̇го ’тинирвр̣тах̣
а̄нанда-самплаве лӣно
на̄паш́йам убхайам̇ муне
пулака̄н̇го ’тинирвр̣тах̣
а̄нанда-самплаве лӣно
на̄паш́йам убхайам̇ муне
Перевод
O Vyāsadeva, at that time, being exceedingly overpowered by feelings of happiness, every part of my body became separately enlivened. Being absorbed in an ocean of ecstasy, I could not see both myself and the Lord.
Перевод
О Вьясадева, в тот миг, когда все мое существо переполнилось ощущением счастья, все члены моего тела ожили. Погрузившись в океан экстаза, я уже больше не мог видеть ни себя, ни Господа.
Комментарий
Комментарий
Spiritual feelings of happiness and intense ecstasies have no mundane comparison. Therefore it is very difficult to give expression to such feelings. We can just have a glimpse of such ecstasy in the words of Śrī Nārada Muni. Each and every part of the body or senses has its particular function. After seeing the Lord, all the senses become fully awakened to render service unto the Lord because in the liberated state the senses are fully efficient in serving the Lord. As such, in that transcendental ecstasy it so happened that the senses became separately enlivened to serve the Lord. This being so, Nārada Muni lost himself in seeing both himself and the Lord simultaneously.
Духовное счастье и глубокий духовный экстаз не имеют материальных аналогов. Поэтому выразить такие ощущения очень трудно. Со слов Нарады Муни можно получить лишь отдаленное представление о том, что человек при этом испытывает. Каждая часть тела, то есть каждое чувство, имеет свое конкретное назначение. Ощутив присутствие Господа, все чувства полностью пробуждаются для служения Ему, потому что в освобожденном состоянии чувства обретают способность безраздельно служить Господу. По существу, в таком трансцендентном экстазе все чувства по отдельности оживают, чтобы служить Ему. Когда это произошло с Нарадой Муни, в самозабвении он утратил способность видеть и себя, и Господа.